Причина в погодных условиях. «Юнкерсы» на высоте можно применять, когда небо чистое, без облаков. А когда облака всё скрывают, чем ближе осень, тем их больше, их боевая ценность приближается к нулю. Главное только-только начало всё налаживаться, и оп-па, закончилось топливо, а два эшелона, что нам отправили, сгорели в огне. Явно навели вражескую авиацию. Я отдал те пять тонн НЗ, пока эскадрильи охотников продолжали тренировку. Если налёты на город были, участвовали в отражении. Учёба с боевыми стрельбами, как говорится. По сути и я всё отдал, только личные запасы остались. Даже та «эмка», которую взял у группы захвата, что меня арестовывать пришла, ушла Андрееву, его разъездная машина. «Додж» последний, моя охрана на нём ездит. Остался один «ЛаГГ», и всё. Для боя он годится, но для перелётов на дальние дистанции, не особо. Нет, самый главный плюс, он скоростной, однако это невелировалось сложностью подбора подходящих мест для посадок. Однако я оформил себе командировку на пять дней и с центрального аэродрома, где в основном полки корпуса ПВО стояли, взлетев, направился на запад. Надо подчистить у немцев то, что осталось, прибрать захваченную технику, пока те не сообразили, что я так пополняю своё соединение и банально не уничтожили их. Ну и запасы топлива добуду. Пофиг на октан, и с ним хорошо летать те будут. Насколько я знаю, немецкое топливо, авиационный бензин, единственное, что не эрзац. И да, вопросы ко мне были, откуда это всё взялось? Объяснил просто, операция изъятия у Минска и окрестностей была выполнена в полной мере. А так как я её проводил, всё добытое в моё соединение и ушло. А вот подробности сообщать отказался. Их вообще какое дело? Главное техника у наших и воюет. И командировку объяснил, также добытой техникой. Пока погода хорошая стоит, был вечер четвёртого сентября, нашу передовую уже в темноте пересёк, нужно пользоваться возможностью.
Вот так и улетел. Задачи поставлены, вернусь, узнаю, как выполнены. Работы идут, и это хорошо. А пока начну с Прибалтики, все аэродромы там подчищу тщательно, потом Белоруссия. На Украину летать смысла нет, там таких успехов как на Севере у немцев не было, и встретить захваченные в первый день аэродромы, не то что сложно, по сути невозможно. Да котёл немцы образовали, и весь Юго-Западный фронт там оказался, но если наши самолёты и оставляли на аэродромах, из-за отсутствия топлива, то сжигали уходя. Нет, только Белоруссия и Прибалтика, спасибо расстрелянному Павлову. Его и тут шлёпнули. Так что я был в предвкушении. Также настроение поднимала наложница. Я уже пообщался с нею, нашёл время, так что та приняла расклады и уже как неделю моя постоянная любовница, а та хороша в постели. Из тех, что в будущем получают титулы секс-бомб. Вот так весело насвистывая, и управляя самолётом, прикидывал планы на будущее. Авторитет мой в авиации был просто огромный, в газетах часто писали, главное не оступиться, против власти не пойти, остальное решаемо. Главное, похоже я достиг своего потолка и думаю до конца войны буду командующим ВВС или дальше воздушных армий. Меня это вполне устраивало. А пока делом займёмся.
***
«МГ-42» работал, ручной, на сошках, длинной очередью я срезал трёх перебегающих к укрытию бойцов НКВД, из дивизии Дзержинского те. Сканер показал, что с другой стороны дачи, а я отстреливался со второго этажа, перебежками сблизились семеро бойцов НКВД, прижавшись к стенам, поэтому перебежал и закидал их ручными гранатами. Пять трупов, два тяжёлых подранка. Недолго им без медицинской помощи. Рота уже потеряв около взвода бойцов, начала отходить. Работать пытался снайпер, защита уже две пули отбила, но я его снял, изрешетив, так что постреляв вслед солдатам, я только зло сплюнул, и сказал:
- Кого брать вздумали? Я Шевченко!
