Я стыжусь своих грез о нем. Этот стыд въелся в мою кожу, теперь он со мной всегда. Точно знаю, мы абсолютно не подходим друг другу, у каждого свой путь, своя судьба. Я даже имени его не знаю, и мое ни разу не слетало с его губ… Между нами есть только взгляды – молчаливые и пронзительные. Но наша неприязнь – как афродизиак: чем мрачнее его взгляд, брошенный на меня, тем сильнее притяжение.Содержит нецензурную брань.Содержит нецензурную брань.
Ледяной дождь отчаянно бьет по подоконнику, этот грохот оглушает, почти лишая надежды на спасительный сон. Откуда я знаю, что дождь ледяной? Потому что окно открыто, и я ощущаю промозглую сырость, замерзая, чувствуя себя ледышкой, даже одеяло и два теплых пледа, под которые я зарылась с головой, не спасают. Температура упала внезапно. Май, так порадовавший своим началом, теплыми, почти до знойной духоты, денечками, вдруг разобиделся на весь мир и пролился холодными слезами. Совсем как я.
Встать, закрыть окно, включить теплый пол, заварить чай… все это лишь несбыточные мечты, мелькающие в воспаленном сознании. Нет сил даже пошевелиться. Я лежу в своем коконе, балансируя между сном и туманной явью.
Вчера весь мой мир рухнул. Разбился на тысячи осколков. Мне себя не собрать, не получится. Слишком жестокий удар нанесла мне жизнь.
И снова перед глазами, как в замедленной съемке, ключ, который я поворачиваю в замочной скважине. Открываю дверь, привычным движением сбрасываю туфли. Ступни зарываются в мягкий пушистый ковер, привезенный Олегом из прошлогодней командировки в Дубай. В нашей квартире огромный холл, переходящий в гостиную. Подхожу к журнальному столику, на котором стоят два бокала вина. Странно. У нас гости? В три часа ночи?
Я должна была вернуться на день позже, утренним рейсом. Но так соскучилась по Олегу, что поменяла билет, несмотря на уговоры матери. Очень она не хотела меня отпускать. Но я настояла.
И вот я дома. Вижу пиджак Олега, небрежно брошенный на спинку белоснежного дивана. Аккуратный и педантичный, он никогда не позволяет себе подобной небрежности. И меня частенько корит и перевоспитывает – увы, я не отличаюсь подобной манией порядка, почти возведенной в культ. Скорее, наоборот. Там, где я нахожусь, моментально образуется творческий беспорядок, который мне просто необходим, ведь на работе я такого не могу себе позволить. Но Олега это выводит из себя, хотя он слишком воспитан и слишком любит меня, поэтому старается не ворчать, терпит мои недостатки…
Из спальни доносится женский стон, как раз, когда мои размышления подходят к слову «любит».
Можно ли быть большей дурой?
Остальное происходит словно в плотном тумане. Открываю дверь в спальню. Олег сплетен объятиями с полной блондинкой. Узнаю в ней свою подругу по институту. Мы довольно близки с ней. Она всегда восхищалась нашей парой. Особенно Олегом.
Меня тошнит. Сильно. Сгибаюсь пополам и меня выворачивает прямо на ковер. О, Боже… Как же стыдно. Понимаю, что стыдно должно быть им, но почему-то именно себя я ощущаю бесконечно грязной. Почему я это чувствую, ведь прекрасно знаю, как врач, что не должна поддаваться, проецировать поступки близкого человека на себя.
Пячусь назад, к выходу. Олег что-то кричит, но я как будто разучилась понимать человеческий язык. Хлопаю входной дверью и несусь вниз, забыв о лифте, через три ступеньки. Даже не понимая, куда бегу. И что буду делать дальше…
***
Мы познакомились в институте, на первом курсе. Вначале я не обратила на него внимания. Сближение произошло совершенно случайно, на одной из студенческих вечеринок. Это был самый волнующий вечер в моей жизни. Мы оказались вместе на балконе последнего этажа студенческого общежития. Ни Олег, ни я не были обитателями этого шумного и веселого улья. Оба москвичи, с состоятельными родителями, мы не нуждались в казенном жилье, были лишь его гостями. Но именно здесь, на тринадцатом этаже, нашли друг друга. Целовались несколько часов, до изнеможения. И больше не расставались.
Мы стали самой красивой парой в институте. Нам завидовали. Подражали. Меня даже злило это всеобщее поклонение – сокурсники буквально не давали побыть нам наедине. Все время кто-то крутился рядом… Я влюблялась все сильнее. Первая близость… все казалось сном из волшебной сказки. Знакомство с родителями. Папе очень понравился Олег, ну еще бы, он всем нравился. Высокий, идеально сложенный, правильные черты лица, аккуратно уложенные темно-русые волосы. Иногда мне становилось страшно, ведь он нравился буквально каждой девчонке в институте! Что, если я наскучу ему?
Но Олег оказался очень верным, просто идеальным. Ни на кого не смотрел, кроме меня, поглощенный учебой, ну и нашими отношениями. К концу пятого курса подружки начали спрашивать, не скучно ли нам. Все время вместе, за ручку. Ни ссор, ни ревности. Сплошная идиллия. Ну, может, кому-то и покажутся скучными такие отношения. Но они складывались сами по себе, что ж нам, искусственно ревность добавлять? Или склоки? Зачем?
Подготовку к свадьбе начали, как только Олег защитил диссертацию. Он собирался и дальше продолжить исследовательскую работу по теме «Психология социопатии».
