— Насчет этого он слаб. Но искренен, — пояснил Верн. — Он и на Горную Хозяйку очень проникновенно поглядывал. Она тоже смеялась.
«Крепкозубый» — это, конечно, Фетте. Зубы у него действительно выразительные, как солдаты после гаштета — все в разные стороны. А про Хозяйку, или, точнее, Горную Хозяйку, слухи в здешних местах ходили очень яркие. По сути, настоящая богиня, пусть и далеко живущая. Даже странно, что в Хамбуре о ней — о таком знаменитом чуде — не слышали.
Целительница погрозила пальцем:
— Хитер ты, Верн, даром что сопляк. Экий этот… как его… копли-мент отвесил. И с божественной красавицей меня сравнил, и разом задницу дружку прикрыл.
— Как не прикрыть? Надежный парень, сколько раз он сам меня прикрывал. Да и ты весьма хороша собой, тут и ни капли привирать не приходится. Уж не говоря о том, что лечить на славу умеешь.
— Тоже верно, к чему нам излишняя скромность-то? — засмеялась Фей. — Живем, не жалуемся, что умеем, то умеем. Вот — знаменитый дойч-герой у нас лечится, хвалит, сам уже ссать выходить отваживается. Главное, не переусердствуй. Лучше еще про свой чудной город расскажи, Бинхе запомнит, потом мне перескажет.
Ушла деятельная целительница, у нее и иные больные имелись, и двое младших детей, и огородик, который «сам собой расти, гад, даже и не думает». Жизнь в Холмах ленивых людей не любит. Собственно, город их тоже не приветствует.
Верн осторожно подвигал пальцами битой руки. Пальцы работали исправно, выше — под лубками — еще побаливало, но больше чесалось. Подживает. И вообще жизнь хороша. Лежащий на приятно пахнущей сухой траве обер-фенрих осмотрел свое обиталище. По сути, тесное, с единственным крошечным окном под потолком — бывшее хранилище общественных запасов зерна. Но зато никто тут не мелькает. Не было же такого никогда: и в школе, и в училище сплошь общие спальни-казармы. В Киндерпалац наверняка так же было, хотя оно и не помнилось. А тут такая роскошь — одиночество, мысли спокойные, без соседского громового хохота, ругани и пердежа. Вроде и знал, что люди так могут жить, но насчет себя такого и не представлялось. Но ведь мама намекала, про свой домик рассказывала. Все же откуда она так всё знает и понимает? Ладно, главное, чтобы ей на улице Зак спокойно жилось, а сын потихоньку поумнеет.
В дверь осторожно заглянула Бинхе:
— Спишь?
Верн обрадовался. Одиночество чудесно, но в меру. Не особо здоровым людям скучать вредно.
— Нет, ночью высплюсь. Вернулась уже? Мама же на огород загнать грозилась.
— Я ее у ручья встретила. Говорит: «иди, пои героя. Он потом нам на огороде отработает, после героев тыква отменно прет, это же известное дело».
Верн засмеялся:
— Да я с удовольствием. Вот чем не занимался, так это тыкву не растил. Умнейший человек твоя мама.
Девочка показала горшок, еще влажный после ручейной воды, темный:
— Так будешь «ягодник»?
Рот обер-фенриха немедленно наполнился слюной. «Ягодник», да еще остуженный в прохладной воде… да такой напиток и с пивом не сравнится.
— Кто же от такой вкусноты отказывается? — вздохнул Верн. — Наливай! Только и себе, чтоб поровну, а не как вчера.
— Мне-то за что? — печально вздохнула девочка. — Я Гнилого Льва не убивала, да и вообще здоровая.
— Так положено. Если сидят двое, беседуют, так и угощение должно быть поровну у обоих. Иначе обиженный злобу затаит и непременно яда подсыплет.
Бинхе хихикнула. С чувством юмора у нее было отлично. Неудивительно, с такой-то мамой.
— Так на чем мы остановились? — спросил Верн, осторожно пригубливая «ягодник». Ух, вкус-то какой!
— На страшном-страшном Хеллише, — подсказала девчонка, выразительно округляя глаза.
Глаза у нее были удивительные. Пожалуй, глазами мамку превзойдет. В остальном хрупковата, наверное, даже когда вырастит, будет невысокой и слишком легкой. Ну, ей пока только двенадцать, все еще измениться может.
— Да, Хеллиш. Вроде бы просто скалы, изрытые ходами, крутые, с обрывами, на холмы не очень похожи, там куда выше, — Верн показал крутизну склонов рукой в лубках. — Но в них обитает древняя жуть! Человеку там жить невозможно, только пройти-проехать побыстрее мимо, да не оглядываться. Стоят, конечно, там солдатские посты, охраняют…
