Разобравшись с работой, убедился, что неплохо оплатили остатки неиспользуемого отпуска, и теперь выпускной Паулины стал более реальным.
Мама поддержала идею посетить любимую девушку и помогла с деньгами. Очень неловко, когда не особо богатая мать бежит в обменник ради своего непутёвого сына.
И снова Париж. Посетив его один раз, смело можно называться путешественником. Дважды – и ты уже любишь этот город, стараясь увидеть то, чего не видел в первый раз. А третье посещение означает, что чувства к этому городу серьёзны.
Накануне вылета связался с Августом и объявил о своём приезде. Он обрадовался и сказал, что вообще я достойный парень и что мой отец мог бы гордиться мной. А ещё – что его дочь очень много говорила про меня. Это может согреть даже самое одинокое сердце.
Гордый и счастливый, я сел на самолёт до Парижа.
Итак, снова прекрасная Европа. Из царства дикого мороза, льда, тонн снега, людей в дублёнках и шубах, непринуждённо перемещаюсь в позднюю осень. Совсем другой мир: дождь, лёгкий снежок, все в пальто. И хотя я больше не обязан сидеть в офисе, в этом чудесном городе из-за скромности бюджета я всего лишь на один-единственный день.
Самый прекрасный день.
Для церемонии в Сорбонне я купил букет цветов, но из-за вынужденной экономии он получился каким-то убогим.
По закону подлости опаздываю, и это почти что крах.
Добежав до университета, увидел огромное количество машин, припаркованных рядом, и, кажется, миллион людей. Их выпускной – это как гала-концерт в Государственном Кремлёвском дворце. Сюда приходят, как на торжественную встречу, чтобы отпраздновать победу многострадальных студентов над зубодробительным гранитом науки.
На мне белая рубашка, брюки и чёрное пальто – но такая одежда не очень-то согревает.
На входе стоит охрана. Ничего не имею против досмотра вещей и прохождения через металлодетектор, но вот списки – терпеть не могу.
– Вы студент? – спросили меня по-английски, когда я сказал, что знаю только этот язык.
– Нет, я друг выпускницы. Паулины Ормонд.
Пока один искал её фамилию, я успел представить, как не выполняю обещание, данное её отцу. Зная, какой он статусный и успешный, я ужаснулся возможным катастрофическим последствиям. От этой печальной мысли я чуть не подавился своей слюной.
– Тут только родители, – монотонно констатировал мой провал, охранник.
– Возможно, там стоит +1? – не терял я надежды.
– Нет.
Грустные мысли захлестнули моё сознание, но я приказал себе искать выход, а не ныть.
Отойдя от входа, дав тем самым возможность пройти другим гостям, сделал самую невероятную и сумасшедшую вещь, которая только могла прийти мне в голову – позвонил ей на мобильный.
В сознании пронеслась картина: моя любимая идёт на сцену и, видя звонок телефона, случайно роняет свой новый Iphone. Кто-то случайно наступает на него. Итог: грусть, обида и я, так и не попавший внутрь. Страшно.
– Алло! – услышал я мужской голос и почувствовал невероятное облегчение, узнав в нём отца Паулины.
– Господи, Август! Как я рад вас слышать!
– Кто это? Максим?
Он почти кричит, чтобы я мог услышать его голос сквозь шум в зале. Значит, я всё пропустил.
– Да! Это я! Сэр, у меня проблема!
– Что у тебя? Совсем не слышно.
– У меня проблема! – проорал я так громко, что на меня оборачивались. – Не могу попасть внутрь!
– А-а-а, понял. Никуда не уходи!
Почему-то я стал ещё больше нервничать. Через несколько минут он вышел на улицу и стал меня искать. Он, как всегда, предельно элегантен. Костюм-тройка, очевидно, сшитый на заказ, лакированные туфли, идеальная причёска с несколькими прядями седых волос, придающими ему солидности. И, конечно же, идеально выбрит. Я же не брился уже два дня.
– Максим! – окликнув меня, он остался стоять на месте, а я подошёл.
Первым делом мы крепко пожали руки.
– Тебя не пускают? – спросил он скорее охранников, чем меня.
– Говорят, нет в списке.
– Очевидно, это какая-то ошибка? Я же отмечал +1 к своей фамилии. Верно, парни?
Его требовательный тон заставил парня лихорадочно листать список.
– Наверно, произошло недоразумение…– он явно нервничал. – Тут стоит +1… Прошу, проходите.
– Ничего-ничего, всё бывает, – сказал Август, и это прозвучало угрожающе.
– Прошу прощения, – сказал он, когда мы прошли на территорию Сорбонны.
– Нет-нет, это я опоздал. Вина моя.
– Справедливо. Что за букет такой страшный у тебя?
И вправду, я тоже думал, что выбрал какое-то недоразумение.
– Надеюсь, ты не моей дочери его принёс?
Я промолчал.
– Ох, повезло тебе, что я тоже купил цветы. Подаришь мой букет вместо этого.
Как неловко вышло!
