Я никогда не строил из себя знатока тонких и сложных взаимодействий прошлого и настоящего, но сейчас убежден, что один поступок с моей стороны совершенно необходим: не потому, что я опасаюсь вызвать какой-то вселенский хроноклазм, но просто из страха, что, если бы я пренебрег этим, со мной самим всей описанной истории никогда не случилось бы. Итак, я должен написать письмо.
Сначала адрес на конверте:
МОЕЙ ПРАПРАВНУЧАТОЙ ПЛЕМЯННИЦЕ, МИСС ОКТАВИИ ЛЭТТЕРИ
(Вскрыть в 21-й день ее рождения,
6 июня 2136.)
Затем само письмо. Написать дату. Подчеркнуть ее.
«МОЯ ДОРОГАЯ, ДАЛЕКАЯ, МИЛАЯ ТАВИЯ,
О МОЯ ДОРОГАЯ…»
—
Роберт Финнерсон умирал. Раза два или три в прошлом у него бывало впечатление, что он умирает, — он пугался и неистово протестовал в душе против этой мысли, но на этот раз все было иначе: он даже не пытался протестовать, так как знал, что это всерьез. Однако как глупо умирать в шестьдесят лет и еще глупее в восемьдесят… Тогда кому-то другому придется постигать все, чему его научила жизнь, а его собственный жизненный опыт будет выброшен на свалку. Неудивительно, что вследствие такого нерасторопного использования накопленных знаний, человеческий род так медленно двигался по пути прогресса — шаг вперед, два шага назад… Ученые мужи могли бы уделить больше внимания этой проблеме, но они всегда заняты чем-то другим, а когда вспоминают об этом, то уже поздно что-либо сделать, и все повторяется сначала.
Так рассуждал Роберт Финнерсон, лежа на высоко взбитых подушках в полутемной комнате и терпеливо ожидая своего конца, когда вдруг каким-то образом почувствовал, что больше не находится в комнате один, что появился кто-то посторонний. Роберт с трудом повернул голову и увидел худощавого человека, похожего на клерка. Роберт никогда раньше его не видал, но это внезапное появление нисколько не удивило его.
— Вы кто? — спросил он незнакомца.
— Пожалуйста не пугайтесь, мистер Финнерсон, — произнес тот.
— А я и не думаю пугаться, — ответил Роберт несколько раздраженно, — я просто хочу знать, кто вы такой.
— Меня зовут Прендергаст, если это что-нибудь вам говорит…
— Ничего не говорит. И что, собственно, вам от меня нужно?
Скромно потупив глаза, Прендергаст объяснил, что руководители фирмы, на которую он работает, хотели бы сделать мистеру Финнерсону деловое предложение.
— Поздновато спохватились, — коротко ответил Роберт.
— Конечно, конечно, в любом другом случае, но это предложение особого рода и оно может все-таки вас заинтересовать.
— Не вижу как. Но в чем там дело?
— Ну, знаете ли, мистер Финнерсон, мой босс считает, что ваша ээ-э кончина, так сказать, должна состояться 20 апреля 1963 года, то есть завтра.
— А я и сам это подозревал, — сказал Роберт спокойно, с удивлением замечая, что ему следовало бы проявить некоторое волнение.
— Очень хорошо, сэр. Однако у нас имеются сведения, что вы внутренне протестуете против этого естественного хода вещей.
— Как тонко подмечено, мистер Пендельбус!
— Прендергаст, сэр, но это не имеет значения. Важно то, что вы владеете неплохим состоянием. А как гласит народная мудрость, с собой ведь его не унесешь, не так ли?
Роберт Финнерсон посмотрел на своего визитера более пристально.
— Чего вы, собственно, добиваетесь? — спросил он.
— Все очень просто, мистер Финнерсон. Наша фирма готова пересмотреть указанную дату — за приличное вознаграждение, разумеется.
Роберт был уже так далек от нормального человеческого существования и восприятия, что не увидел в этом предложении ничего сверхъестественного.
— Насколько пересмотреть и за какое вознаграждение? — деловито спросил он.
— Ну, у нас существует несколько вариантов. Мы склонны предложить один из последних — очень выгодный, основанный на желании, высказываемом многими людьми, находящимися в положении, аналогичном вашему. А именно: «О, если б я только мог прожить свою жизнь заново!».
— Понятно, — сказал Роберт, смутно вспоминая легендарные сделки, о которых где-то читал.
— А в чем здесь подвох?
Прендергаст слегка поморщился.
— Да никакого подвоха. Просто вы сразу же передаете нам семьдесят пять процентов своего теперешнего капитала.
— Семьдесят пять процентов? Ну и ну! Что ж это за фирма такая?
