Свое пребывание среди пассажиров третьего класса Племмонс рассматривал как своего рода веселую экспедицию в тру shy;щобы. Но не давал понять, что считает себя в чем-то выше окру shy;жающих. Наоборот, старался понравиться всем. Был душой сто shy;ла, за которым они оба сидели в столовой. Его искренняя при shy;ветливость покоряла всю группу, обыденную, привычную, со shy;ставляли ее старый еврей, рабочий итальянец, немец мясник и маленькая англичанка из средних слоев общества, состоявшая в браке с американцем, – ничем не примечательный народ, люди, каких видишь повсюду, на улицах, в метро, плывущих на родину через океан в спартанских условиях, составляющие ту плотную ткань, в которой грубые нити этой огромной земли сплетаются воедино. От Племмонса все они, разумеется, были в восторге. Покуда он не приходил, за столом царила атмосфера ожидания: появлялся он, разумеется, на полчаса позже остальных, но его, видимо, ждали бы до конца обеда, такое удовольствие он им до shy;ставлял. Пожалуй, для всех них Племмонс являлся воплощением какой-то более устроенной, веселой, беспечной жизни – той, ка shy;кую они хотели бы вести и сами, если б имели возможность, ес shy;ли б не бедность, семья, невысокие заработки. Он уже стал среди них некой полулегендарной фигурой – своеобразным типом беззаботного молодого богача, а если и не богача, то, что почти одно и то же, человека, который не отстает от молодых богачей, тратит деньги, как молодой богач, который до такой степени принадлежит далекому, очаровательному миру богачей, что ни shy;чем от них не отличается.
Не было ни малейшего сомнения в том, что он замечатель shy;ный человек, щедрый, приветливый, демократичный – совсем такой, «как мы» – и вместе с тем, как сразу видно, джентльмен. Поэтому нет ничего удивительного, что та скромная, простова shy;тая компания за обеденным столом всегда ждала его с нетерпе shy;нием, с удовольствием и восторгом – постоянно с радостью предвкушала появление Племмонса, опоздавшего на полчаса, но успевшего выпить четыре добрые порции виски. Они не хотели бы разойтись без него ни за что на свете: при его приближении псе за столом улыбались. Он излучал столько теплой сердечнос shy;ти, столько веселой непринужденности, столько беззаботной, приятной слегка хмельной жизнерадостности.
Но теперь, несмотря на все эти привлекательные качества – а может, именно из-за них – Джордж ощутил вспышку возмуще shy;ния, его кольнуло сознание, что приветливая «демократичность» его собеседника, которую большинство этих простых людей на shy;ходило столь очаровательной, которой, к собственной досаде, он поддавался и сам, была в сущности поддельной, притворной, и нее проявления якобы искренней приязни, подлинного уваже shy;ния к людям по сути дела были низким потаканием сноба собст-ненным капризам.
Однако Джордж ощутил и приятную теплоту в убедительном обаянии этого человека, когда Племмонс набил трубку, зажег ее, с удовольствием затянулся и небрежно спросил:
– Что делаешь вечером?
– Собственно…- пришедший в недоумение Джордж на миг задумался, – ничего вроде бы… Хотя, – он слегка улыбнулся, – должен состояться концерт, так ведь? Наверное, пойду туда. Ты пойдешь?
– Угу. – Племмонс сделал несколько сильных затяжек, что shy;бы трубка разгорелась, как следует. – Собственно, – продолжал он, – об этом я и пришел поговорить. Один будешь?
– Да, конечно. А что?
– Видишь ли, – заговорил Племмонс, – я только что спус shy;тился из первого класса. У меня там есть две знакомые. – Он по shy;молчал, попыхивая трубкой, потом с приятной улыбкой на румя shy;ном лице и с блеском в глазах глянул на молодого человека и из shy;дал негромкий смешок. – Позволю себе сказать – две в высшей степени красивые, очаровательные дамы. Я рассказывал им о те shy;бе, – вдаваться в объяснения он не стал, хотя Джорджу стало лю shy;бопытно, что мог этот человек рассказать о нем интересного двум совершенно незнакомым дамам, – они очень хотят с тобой познакомиться.
И вновь не стал давать объяснений этому возбуждающе зага shy;дочному желанию, но, словно бы ощутив быстрый вопрошаю shy;щий взгляд собеседника, торопливо продолжал:
– Вечером я собираюсь подняться туда снова, увидеться с ни shy;ми. Я говорил им о концерте, обо всех людях, и они сказали, что хотели бы спуститься сюда. И я подумал, что если ты ничем не занят, то, может, не откажешься пойти со мной.
Произнес он это быстро и очень небрежно. Но затем, чуть по shy;молчав, обратил на Джорджа серьезный взгляд и с ноткой отече shy;ской любезности в голосе негромко заговорил:
– На твоем месте я бы пошел. В конце концов, если собира shy;ешься писать, тебе нелишним будет завести знакомства. А одна из этих женщин сама очень утонченная и талантливая, увлечена театром и знает в Нью-Йорке всевозможных людей, которые мо shy; гут тебе пригодиться. Советую познакомиться с ней, потолко shy;вать. Что скажешь?
