Милослава скользнула взглядом по Беримиру с Понарой и тут же потеряла к ним интерес. Она подошла к кровати, на которой лежал Путята. В палате стояла мёртвая тишина, а Милослава смотрела на Путяту с непонятным выражением лица. Наконец, сзади кто-то кашлянул, и странное наваждение прошло.
— Милослава, я благодарен тебе… — начал Путята, чувствуя себя ужасно неловко.
— Мне не нужны твои благодарности, — резко прервала его Милослава. — И не думай, что я забыла прошлое. Я не шевельнула бы ради тебя и пальцем, но за тебя просил мой сын, который считает вас родственниками.
Путята попытался что-то сказать, но Милослава его снова прервала:
— Тебе передали моё условие?
— Я уже не глава семейства, — с неохотой выдавил из себя Путята.
— Тогда спи!
Она ткнула его пальцем в лоб, и Путята обмяк. Милослава присела рядом, взяла его голову в руки и прикрыла глаза. Так прошло несколько минут, затем она встала и начала отдавать какие-то распоряжения, которые её свита старательно записывала. Наконец она обратила внимание на Хомских:
— Он будет спать сутки, так что вы можете пока ехать домой.
— Он выздоровеет? — с надеждой спросила Понара.
— Я не стала бы давать никаких гарантий, даже если бы у него была всего лишь простуда, — ответила Милослава. — Даже я не могу заставить жить человека, который не хочет жить. Через несколько дней мы увидим, согласна ли его душа задержаться здесь ещё.
— Милослава, я хочу тебе сказать, — начал Беримир, — мой отец поступил тогда недостойно, но не суди по тому случаю обо всех нас.
— Ты же Беримир, да? — обратила внимание на него Милослава. — Сын Путяты?
— Да, — подтвердил тот.
— И где ты был, когда твой отец выгонял твою двоюродную сестру?
— Мне тогда было четырнадцать, и моего мнения никто не спрашивал. Я даже не знал, что произошло. О том, что у моего отца был брат, а у него была дочь, я узнал только десять лет спустя.
Милослава задумчиво кивнула, а потом повернулась, и ни слова не говоря, вышла из палаты. Свита потянулась за ней; остались лишь пара сестёр, которые захлопотали вокруг Путяты, доставая из шкафов и устанавливая какие-то медицинские приспособления.
— Поехали домой, мама? — спросил Беримир. — Вернёмся завтра.
— Поехали, — печально вздохнула Понара.
Драгана приняла меня немедленно. «Этак я скоро и в самом деле буду забегать к ней между делом выпить чаю с плюшками и поделиться свежими сплетнями», — подумал я, едва заметно улыбнувшись своим мыслям. Действительно, наши отношения после совместной поездки так и остались дружескими, так что подобный сюжет уже совсем не выглядел диким.
— Здравствуй, — улыбнулась Драгана, мимолётно мазнув мне губами по щеке. — Ты просто так заглянул, поболтать? Или по делу?
— Ещё пустой болтовнёй я бы тебя от работы отвлекал, — фыркнул я. — Просто поболтать я тебя приглашаю к нам в ближайший выходной. Чисто семейные посиделки — мы с Леной, вы с Линой, мама и Кира. Ты с нашей матерью знакома?
— Как я могу быть с ней незнакома? — усмехнулась Драгана. — Но я поняла, что ты имеешь в виду. Нет, знакомство у нас исключительно формальное.
— Вот и познакомишься с ней в неформальной обстановке. Думаю, такое знакомство тебе лишним не будет.
Драгана согласно кивнула. Ну а для меня будет совсем нелишним свести тебя с Кирой — Зайке неформальное знакомство со вторым человеком княжества очень пригодится. Как минимум, в качестве показателя статуса, а как максимум, Зайка сможет из этого выжать что-нибудь взаимовыгодное.
— Но мы всё же можем и поболтать, — сказала Гана. — У меня найдётся свободных полчасика.
— Нет, Гана, — вздохнул я. — Нам надо обсудить кое-что, на болтовню времени уже не останется. Я пришёл к тебе рассказать о предварительных результатах нашей работы у Ивличей.
— Я слышала, ты там всё перетряхнул, — внимательно посмотрела на меня Драгана. — Мне говорили, что работники уже дрожат от ужаса при твоём имени.
— Врут, — равнодушно отмёл я обвинение. — Точнее, сильно преувеличивают. По всей видимости, к тебе жалобщики приходили?
— Приходили, приходили жалобщики, — подтвердила Драгана. — Но насчёт того, что ты всё там перетряхнул, они же не соврали?
— Насчёт этого не соврали, — согласился я. — У меня не было месяцев на неторопливое расследование, так что я пошёл быстрым путём.
Драгана кивнула, внимательно на меня глядя.
— Итак, мы нашли восемь завербованных сотрудников в различных подразделениях. Двое работали на Ренских, один на Тириных, двое на Арди, трое на князя, и ещё трое не знали, кто их завербовал. Цифры не сходятся, потому что некоторые из них работали сразу на несколько сторон.
Брови у неё неудержимо полезли вверх, а потом она захохотала.
