Паутина. Книга 1 полностью

А Ворон-то, оказывается, совсем не диктатор, и это вовсе не «шайка Ворона», как я привык о них слышать, а некое «племя Вербы», вот оно как. Ну это и к лучшему — если у них есть какое-то коллегиальное управление, то шансы найти с ними разумный компромисс гораздо выше. Сам Ворон-то мне и сразу не очень приглянулся, а сейчас и подавно потерял всякое доверие.

— Ну что же, почтенные, давайте попробуем начать с чистого листа, — согласился я. — На месяц мы уменьшаем закупочные цены вдвое, а потом работаем дальше, и надеюсь, уже без подобных неожиданностей. — Я махнул рукой себе за спину. — Я считаю, что каждый может совершить ошибку, но если та же ошибка совершается дважды, то это уже не ошибка, и с таким партнёром я предпочитаю дел не иметь.

До сегодняшнего дня мне не приходилось бывать у Хомских. Пару приёмов у них мне довелось посетить, но они, как, впрочем, и мы, не устраивали их у себя, а арендовали ресторанный зал. Может, у них не было подходящего помещения, но скорее всего, просто не хотели пускать к себе посторонних.

Подворье Хомских располагалось на юго-западе, прямо на берегу речки Веряжи. В давние времена это место было далеко за городом, даже не окраиной — там и огородов-то не держали по причине отдалённости. Когда Хомские начали строить новую резиденцию для порядком выросшей фамилии, им пришлось выбирать — либо маленький участок в городе, либо большой на Веряжи. Они выбрали большой и не прогадали — прошли века, город расширился далеко за Веряжь, к тому времени одевшуюся в гранит, и Хомские самым естественным образом оказались владельцами огромного участка, почти поместья, практически в самом центре города. У нас, к сожалению, такой фокус вряд ли получится — слишком уж далеко наше поместье от города. Хотя кто его знает, что будет лет через тысячу — вот Хомские наверняка тоже не рассчитывали оказаться в центре города.

Машину я оставил на небольшой стоянке для посетителей. Вообще-то я приехал по приглашению главы фамилии, и мне скорее всего позволили бы заехать, но я предпочёл не рисковать. К маме-то они ходили пешком. К ней, конечно, все ходят пешком для осознания своей незначительности и вообще, но вдруг Беримир всё-таки решит отплатить мне той же монетой. Лучше я пройдусь сам, чем дам возможность поставить себя в неловкое положение.

Я подошёл к небольшой двери рядом с массивными воротами и нажал кнопку вызова.

— Слушаю, — послышался голос из динамика.

— Кеннер Арди по приглашению Беримира Хомского, — представился я.

— Проезжайте, — откликнулся голос, и ворота начали открываться. Похоже, я слишком плохо думал о Беримире.

— Я пешком, — отозвался я. — Подскажите как мне пройти.

— Да? — удивился голос. — Идите прямо, у подъезда вас встретят.

Дорога шла через немаленький партер[20] и упиралась в мощёную площадь перед парадным подъездом большого трёхэтажного дома, или скорее даже дворца. Из-за боковых флигелей не было видно, что находится слева и справа, но я был уверен, что здесь далеко не одно здание. Окна первого этажа были высокими и очень узкими, похожими скорее на бойницы — взрослый человек в такое окно протиснуться не смог бы при всём желании. В целом архитектура чем-то напоминала Венецию, хотя я даже не знаю толком, что в этом мире за Венеция и что там за архитектура.

До подъезда я дошёл минут за пять — пожалуй, было бы лучше всё-таки доехать. На крыльце меня встречала симпатичная темноволосая девушка с живыми глазами. Судя по одежде, явно не служанка.

— Здравствуйте, господин Кеннер, — поздоровалась она со мной. — Рада приветствовать вас в нашем доме. Я провожу вас к отцу.

— Здравствуйте, — поклонился я. — А вы?‥

— Я Влада Хомская, — представилась она. — Дочь Беримира.

— И получается, моя троюродная сестра.

— Получается, — улыбнулась она.

Что-то новые родственники выскакивают, как чёртики из коробочки. Я достаточно внимательно изучал альманах дворянского реестра, и не припоминаю там никакой Влады Хомской. И вряд ли я просто забыл — уж что-что, а разделы, посвящённые нашим родственникам, я знаю буквально наизусть.

— Ни в коем случае не хочу вас обидеть, госпожа Влада, — осторожно заметил я, — но я не припоминаю вас в разделе реестра, посвящённом Хомским.

— Потому что меня там не было, — пожала плечами Влада. — Я родилась вне брака и жила с матерью. Отец официально признал меня совсем недавно. Вас это смущает?

— Было бы странно, если бы меня это смущало, — хмыкнул я. — Я сам родился вне брака и жил с матерью.

— Но ваша мать хотя бы дворянка.

— Зато с отцом не особо сложилось. Нет, госпожа Влада, меня это совсем не смущает. Просто было любопытно — это я что-то просмотрел, или же в альманахе неточность?

— В следующем выпуске альманаха я уже буду, — пообещала она с широкой улыбкой.