Они – Талисса. Отчаянный, бесстрашный отряд наемников `РѕС' меча и магии`.Жрица кровавого бога РІРѕР№РЅС‹...Маг – один из немногих, что Р±СЂРѕРґСЏС' еще по земле после РІРѕР№РЅС‹ меж магами и богами...Р'РѕСЂ, способный пробраться куда СѓРіРѕРґРЅРѕ...Гном, знаток подземных пространств и мастер оружия...Р
Ворон покосился на меня черным блестящим глазом и придвинулся еще на один шаг. Ничего, недолго тебе ждать: из этой передряги мне, пожалуй, не выбраться.
Разжав пальцы, я выпустил ребристую рукоять меча: драться было уже не с кем.
Клинок обиженно зазвенел по старым выщербленным камням.
Настоящий герой был бы просто обязан произнести ему вслед хоть какое, хоть плохонькое и косноязычное, но напутствие. Что-нибудь вроде: «Ты славно служил мне, мой меч, так обрети же себе достойного хозяина!».
Только к чему? В герои я никогда не рвался, да и геройствовать сейчас было не перед кем. Улочка совершенно пуста; в лучшем случае мою напыщенную речь услышали бы глухие стены домов, гниющие в канаве отбросы да шесть тел, успевших основательно испачкать кровью и без того не слишком чистую мостовую.
Грамотная засада. Разве что несколько самонадеянная: взяли бы с собой одного-двух магов, глядишь, остались бы живы. Не все, конечно.
Ворон нерешительно, как-то даже бочком приблизился и нахально попытался клюнуть меня в левый глаз. Я бы на его месте не торопился.
Застонав, я с трудом пошевелился. Негодующе захлопав крыльями, нетерпеливая птица отлетела в сторону. На этот раз недалеко: ворон с достоинством обосновался на пропитанном кровью плаще лежавшего рядом эльфа.
Это его удар был последним. Хитрый удар, необычный, надо бы запомнить.
Я улыбнулся: четверть часа бы протянуть, какие уж тут эльфийские хитрости.
Ворон совсем не по-птичьи задрал голову к небу и громко закричал. Раз, другой…
Открыв глаза, я не сразу осознал, что меня разбудило. Осталось напряжение, предчувствие близкой смерти. И ощущение какой-то неправильности, словно не могло все это со мной произойти, ну никак не могло!
Ворон, любимое воплощение моего бога, обернулся во сне против меня. Вроде как я еще не в том возрасте, чтобы к толкователям снов обращаться. Но тревожит что-то – крутит, не отпускает… И приснится же!
Громкий крик ворона заставил меня вздрогнуть. Так вот откуда этот дурацкий сон… Вольно ж мне было с вечера защиту ставить. Уж здесь-то, в монастыре, можно было бы и не опасаться сюрпризов.
Можно, конечно. Только это из тех привычек, с которыми мне решительно не хотелось расставаться.
Интересно, кто это среди ночи вздумал меня навестить? Настоятель, конечно, знает, что я поздно ложусь, но не настолько же!
Коснувшись медальона, я снял защиту с двери и повернулся так, чтобы не выпускать ее из виду. Если это Стеарис, вряд ли стоит испепелить старика всего за пару лет до того, как Орден предоставит ему поместье и пожизненный пенсион. А если нет, будем считать, что Ворон меня предупредил.
Дверь тихонечко приоткрылась и сразу же испуганно захлопнулась вновь.
– Спит, – раздался разочарованный голос настоятеля. – Ты точно уверен, что своими силами нам не справиться?
Похоже, у старика возникли проблемы посерьезнее бессонницы.
– Входите, входите, почтенный Стеарис, – как можно более доброжелательно произнес я, садясь на кровати. И, не удержавшись, добавил: – Все равно вы меня уже разбудили.
Дверь распахнулась. Э, да тут целая процессия: настоятель, Арантар – главный маг монастыря, несколько воинов с факелами, заспанные монахи…
– Я искренне прошу прощения, монсеньер…
Кажется, дело серьезное: Стеарис не только встревожен, но и напуган. Эх, не иначе как Беральду удалось бежать!
– Пустое! – сложив руки лодочкой, я поймал слабый луч лунного света, заглянувший в узкое окошко кельи, и подбросил его к потолку.
Комната осветилась. Вышло в самый раз: и глаза спросонья не режет, и каждый уголок как на ладони.
Лишь теперь стало видно, насколько Стеарис бледен. Вернее, даже сероват. Старика можно понять: стоило иерарху оказаться в его монастыре, как тут же начались сюрпризы. А в синклите найдется кому его подтолкнуть, если с горки покатится.
– Можете погасить факелы!
Я уже закончил одеваться, а Стеарис все не решался сказать, что привело его ко мне часов в пять утра. Или даже раньше.
– Монсеньер, – не выдержал наконец Арантар. – Графу помогли бежать. Их немного, меньше десятка. Но…
Он перевел взгляд на Стеариса, но тот продолжал молчать, нервно теребя складки своего одеяния.
– Но вам так и не удалось их остановить?
Арантар кивнул.
А чародей-то молодец. В монастыре, да еще в присутствии настоятеля, магу лезть вперед с докладом совсем уж не по рангу, но, видно, тоже понимает, что из Стеариса сейчас собеседник, как из меня белошвейка.
– Помоги! – приказал я ближайшему воину и потянулся к доспеху.
Едва не зашибив настоятеля, воин с грохотом уронил алебарду, густо покраснел, бросился ее поднимать, махнул рукой, поймал полубезумный взгляд Стеариса, метнулся обратно…
Тяжело вздохнув, я сам принялся застегивать ремешки доспеха. Стеарис-то, помнится, из низов. Ранг получить никакая протекция не поможет, тут все от таланта да от Ворона зависит, а вот с тепленькими местечками дело другое: как синклит решит, так и будет. Да, не повезло старику…
– Хотите что-нибудь добавить, почтеннейший?
