Голос Магорова обрадовал. Девушка обернулась, наблюдая, как огромный мужчина поднялся и быстро добежал до нее. Он прикоснулся к руке, проверяя, все ли с ней в порядке, по глазам пытаясь определить, что произошло.
Огонь яростной волной прошел по телу. Тина вскрикнула и вырвала свою руку, отступая на шаг. Его прикосновения обжигали кожу.
Мужчина нахмурился, неосознанно бросая взгляд на окошко, где вовсю бушевал дождь. Несколько секунд молчал, хмуря брови, затем как можно спокойнее спросил:
– Тина, с тобой все в порядке?
Оценивая свое состояние, девушка точно бы так не сказала. Она не в порядке. Однозначно.
– Да… – пролепетала Тина, выдавливая подобие улыбки. Ей не хотелось пугать Артура. Сейчас ей казалось, что она угроза, притом для всех.
– Ты видела его? – Магоров внимательно следил за мимикой и жестами девушки.
Тина замялась на мгновение. Она прикусила губу и кивнула.
– Он… не причинил тебе боли?
– Нет. Не успел, – выдала Тина, пытаясь прийти в чувство от ужасающей новости. Она отошла еще дальше и, когда увидела кресло, вспомнила о призраке. Немедля, Тина провела руками по сидушке и, наконец, пальцами нащупала небольшой тайник. Откинув паутину с дохлыми насекомыми, девушка вытащила тетрадь.
– Что это?
– Думаю, это дневник Литы Комин, – прошептала Девер, тут же открывая, начиная листать. Через три страницы Тина поняла, что это небольшой альбом с рисунками. И они наводили на мысль.
Худая девочка с поднятыми руками. Лицо размазано от слез, вместо губ черточки, длинные черные волосы, тянущиеся к животным, накрывая их. Будто пыталась защитить. Собачки, кошечки. Они спали в волосах девочки.
Еще были люди. Точнее, подростки. Лита использовала черные краски, разрисовывая квадратами части тела. Черные, красные и редко когда желтые.
– Лита посещала художественную школу?
– Нет, – сухо ответил Магоров. – И навряд ли эту мазню можно назвать… профессиональной.
Тина всматривалась в каждый штрих, возвращаясь, сравнивая рисунки, отмечая все детали, а потом обернулась. Ей хотелось видеть реакцию призрака на альбом.
Но Лита исчезла, дала подсказку и ушла.
– Нужно уходить. Эдана хотела нас видеть. Думаю, белая триада смогла что-то узнать, – сухо произнес Магоров.
– Белая триада… – повторила Тина и задумчиво посмотрела на рисунок с девочкой, где волосы закрывают собаку и кошку. – А триады… Какие дары у них?
– Свой забыла? – лениво уточнил Артур.
– Нет, но ведь у других триад он отличается от моего?
– У тебя очень редкий дар. Говорят, такой передается в момент смерти. Когда тело погибло, а душа видела это.
Слова напомнили о воспоминании, которое вернул ей брат. Получается, тогда… она и обрела свой дар.
– А у других? Как следары их видят?
– Мы чувствуем. У триад свой тонкий аромат, несравнимый ни с чем, но дары… зависят от триад. Если в избранной сильнее сущность белой, она может исцелять; если сильнее сущность черной… дар связан со смертью.
– Мне не повезло… – тихо заметила девушка.
Магоров застыл на месте. В его взгляде мелькнуло волнение. Он сделал шаг к Тине, но тут же остановился, стоило ей выставить руку.
– Не стоит… – тихо заметила Тина, вновь сосредотачиваясь на рисунках. Объяснять не имело смысла. Следар понял. Нужно вернуться к похищенной девушке. – Думаю, она триада. Белая. Если проанализировать рисунки, можно увидеть людей и оборотней, изображенных в основном в черных и красных красках, изредка белых. Она видела сущность и ужасалась, поэтому пряталась от всех. Лишь животных любила и отца…
– Триада? Хочешь сказать, что после того как над ней поиздевались… выпили силу триады? – задумчиво протянул мужчина.
– Да. Получается, тот притон как прикрытие для высшего триада.
– Это многое объясняет, в особенности бездействие альфы следаров Древона. В гостиной на полу лежит тело Регана Хейса. Он действовал заодно с высшим триадом.
Что странно, Тина моментально вспомнила альфу Древона. Стоило услышать имя, как перед глазами возникла первая встреча с оборотнем.
– Вот как…
– Но Тереза Вай точно не черная следара, – убежденно заявил Магоров. Тогда в камере он не уловил запаха триады. Ни белой, ни черной. Только своей пары. А он не может ошибаться.
– Именно поэтому мы ее нашли, – девушка бросила взгляд на заваленный хлам и спросила: – Мы можем идти? Полагаю, больше ничего не найдем.
Магоров некоторое время смотрел на девушку, изучающее, пристально, а потом кивнул, начиная движение к небольшой лестнице на чердаке. Он так быстро поднимался, что четко слышал, как хрустнула ступенька.
Всю дорогу пока шли до машины, Тина сжимала тетрадь, поглядывая по сторонам. Она думала о брате.
Но что думать? Он убийца. Пожиратель. Ее долг убить его. Но вот в груди что-то сжималось от этой мысли.
Пристегнувшись, Тина спрятала тетрадь в рюкзаке, который по запаху принадлежал ей, и предложила:
– Мне нужно переговорить с матерью Литы Комин. У меня ведь есть ее номер?
– Да. Но сомневаюсь, что она знала.
– Скорее всего, нет.
Внимание сосредоточилось на темном небе. Отмечая серые тучи, назревающий дождь, Тина выдала тяжелый вздох. Весь день лил дождь, навевая тоску и печаль. Как у нее сейчас на душе.
