Межконтинентальный портал вывел путешественников под землю, в пахучую лондонскую канализацию, в темный и сырой коридор, и этот факт привел бравого уйбуя в состояние, близкое к панике.
— Сделай что-нибудь!
— Что?
— Включи свет, мля! Ты же советник.
— Ты на него работаешь? — не сдержалась Лая.
— Да, — нехотя ответил Ваня, роясь в рюкзаке.
— И он платит тебе деньги?
— Да.
— Мир на самом деле спятил, — ошеломленно протянула девушка. — Осталось узнать, что мать Тереза была шасой…
— Я, мля, солидный деятель, и плачу, в натуре, приличных бабок за работу. — Копыто старался говорить весомо, но голос подрагивал. — Сиракуза, ты свет нашел?
— Чего ты боишься?
— Я ничего не боюсь, в натуре! Но здесь темно!
— Это канализация.
— А вдруг осы появятся?
— Мы в Лондоне.
— Да хоть в Косине, мля! Эти твари способны оказаться где угодно!
Ятагана нет, дробовика нет, даже пистолета какого — и то нет. Заманили в дикие края, сунули под землю и свет погасили! Жизнь катилась под гору, словно ржавая бочка. Не грохотала, зато плохо пахла.
— Заканчивай истерику, — строгим тоном приказал миллионеру Ваня. — Осов здесь нет, зато в тридцати ярдах к западу мы найдем удобный и безопасный выход на поверхность. — Сиракуза включил фонарик и посмотрел на Грима. — Вы с нами?
— Да! Отметим приезд? — Спокойный, уверенный голос Вани, включенный фонарик и обещание вывести его, богатенького уйбуя, на свет приободрили Копыто. А хорошие новости в семье Красных Шапок издревле принято отмечать одним-единственным способом. — Завалимся в кабак местный и погудим. Я угощаю, мля. У меня есть!
— Боюсь, что нам придется расстаться, — сухо произнес Грим. — Было приятно познакомиться.
Учитывая, что ни он, ни Лая не представились, последнюю фразу можно было рассматривать как легкую издевку.
— Всего доброго.
Грим активизировал «дверь», и они с девушкой исчезли в заплясавшем вихре портала.
— И вам приятного путешествия! — крикнул вслед Ваня. После чего вздохнул и перевел взгляд на работодателя: — О кабаке забудь.
— Да я так, к слову, — промямлил Копыто. — Нешто не понимаю?
— Чего ты понимаешь?
— Многа чего. — Уйбуй почесал под мышкой. — Мне в заграницах этих подземных уже наскучило невмоготу. Я теперя хотя и диссидент беглый за правду, но на Родину тянет — силов никаких нет.
Брови Сиракузы медленно поползли вверх.
— Тока надо сделать так, чтобы Кувалда меня не повесил, — с неожиданной рассудительностью продолжил Копыто. Видимо, речь была заготовлена заранее. — Ты тама про памятник базарил, но памятник не надо, главное, чтобы не повесил. Прославиться нужно по-черному. В смысле — круто прославиться, мля. И ты мне станешь помогать.
Наличие у дикаря собственного плана пребывания на чужбине повергло Ваню в легкий ступор. Пару секунд он ошеломленно смотрел на партнера, после чего кашлянул и поинтересовался:
— Как будем прославляться?
— Меня прославлять, — уточнил уйбуй. — Я главный, потому что денежный.
— Ну да, именно это я и имел в виду.
— Яснее выражайся, в натуре. — Копыто вновь почесал под мышкой. — А насчет славы я уже все задумал, мля. Идея такая, что весь Тайный Город ляжет.
И выразительно потрогал себя за то место, где обычно болталась рукоять ятагана.
— Вот этого я и боюсь…
— Вокруг все тихо, — угрюмо сообщил Тео, закрывая за собой дверь. — Даже челы попрятались.
Они сидели в указанном девушкой месте, в хорошо защищенном от солнечного света помещении, наполненном пыльными ящиками. Сидели почти час, и за это время на улицу выходил только Тео — осмотреться.
— Катарина говорила, что здесь пусто, — ровно ответил Эрик.
— Угу, — подтвердил Бруно.
— Что «угу»? — недовольно осведомился Тео.
—
Молодой Луминар произнес фразу равнодушно, подтвердил чужое мнение, и точка, ничего от себя, ни одной эмоции, ни одной гримасы. Как голем! И старший брат не сдержался.
— Слушайте, парни, — хрипло произнес Тео, напряженно глядя на друзей. — У меня проблема.
— Какая? — спокойно осведомился Эрик.
—
— Я вас не узнаю, — честно и прямо ответил Луминар. — Вы себя ведете, как…
Он не мог сказать «големы», потому что любил и уважал смотрящих на него масанов. И уж тем более не мог сказать «зомби». Он сбился, однако Эрик и Бруно прекрасно поняли вожака.
— Просто мы решили, окончательно и твердо решили служить Ярге, — произнес Робене. — Мы с Бруно выбрали путь, он важен для нас, и теперь мы ждем твоего решения.
— Ты должен определиться, брат, — добавил Бруно. — И я верю, ты сделаешь правильный выбор.
— Ярга открывает новые горизонты, — плавно вернул себе слово Эрик. — То, что он рассказывает, то, что он обещает, — все это завораживает. Нам с Бруно пришлось переосмыслить свою жизнь, сформировать для себя новые идеалы, новые цели… Ничего удивительного, что иногда мы кажемся…
— Слегка не в себе, — улыбнулся молодой Луминар.
— Но если тебя беспокоят наши взаимоотношения, то зря.
— Мы тебя любим, Тео.
— И мы тебе подчиняемся.
Старший Луминар пронзительно посмотрел на Эрика.
— Подчиняетесь, потому что так велел Ярга?
— Да, — не стал скрывать Робене. — Потому что так велел Ярга. Наш господин.
