Спокойный голос не вводил в заблуждение — Ярга вне себя от злости, даже уши стали острыми. Дело принимало скверный оборот, а потому Схинки решил взять всю вину на себя:
— Меня, господин! Меня обманули.
Нерасторопный слуга вызовет у Ярги куда меньшую ярость, чем мысль, что вокруг пальца обвели его самого.
— Ты мой помощник, я тебе доверяю, ты исполняешь мои приказы, — медленно произнес нав. — И если кто-то обманул тебя, это означает, что обманул и меня. — Ярга холодно посмотрел на убитого горем Схинки, поморщился и приказал: — Оправдывайся!
Он хотел знать подробности.
— Предатель запустил в нашу сеть вирус, который отключил видеокамеры и открыл некоторые двери. Пока мы сообразили, что сеть атакована, пока поняли, что именно произошло, пока искали… время было упущено.
— Откуда у предателя вирус?
— Полагаю, он хранился в телефоне.
— А откуда у него телефон?
— Полагаю, оттуда же, откуда у Грима пистолет — скрытый артефакт.
— То есть мы обнаружим предателя по отсутствию уха? — зло пошутил Ярга.
Хороший признак, очень хороший — если нав шутит, значит, перестал злиться.
— Думаю, по отсутствию зуба, — вздохнул Схинки. — Но их мы при осмотре не пересчитывали.
— Напрасно!
Ярга задумался, рассеянно барабаня пальцами по столешнице.
Против ожидания, проигрыш его не столько разозлил, сколько раззадорил. Бороться с сильным и смелым противником куда интереснее, чем с плохо обученным. Ум, вот что ведет к победе. Ум, воля и храбрость.
— Мне кажется, следует принять крайние меры, — осторожно предложил Схинки. — Я предлагаю покинуть базу, а также уничтожить или обработать обоих подозреваемых.
— Нет, — коротко ответил Ярга.
То ли на оба предложения, то ли только на последнее.
— Могу я узнать, почему?
— Потому что мы не сможем постоянно использовать это оружие, — холодно ответил нав. — Его наличие должно помогать, а не расслаблять. Потому что мы должны знать все фокусы, имеющиеся в арсенале наших врагов.
А еще потому, что тем самым придется признать проигрыш. Причем проигрыш не Сантьяге и не тому клоуну, которого в Темном Дворе называют князем, а их наемникам, челу или масану. Этого Ярга допустить не мог.
— Гордость, — тихо произнес Схинки.
— Гордость всегда вела меня вперед. И приводила к победам.
В черных глазах нава полыхнули зарницы. Зарево пожаров, что окутывали крепости асуров. Зарево Первой Войны, выигранной им тысячи и тысячи лет назад.
Ярга поднялся с кресла и медленно прошелся по кабинету. Черный костюм, черная рубашка, черный галстук и черные ботинки. Черные волосы и черные глаза. Подвижное черное пятно среди черных стен и черной мебели кабинета. Когда-то Схинки смущало пристрастие повелителя к цвету Тьмы, однако по прошествии некоторого времени привык, стал воспринимать как должное.
— Произошедший инцидент не повод вносить изменения в план. Решение принято. Я хочу, чтобы все было сделано так, как задумано. Я хочу, чтобы Темный Двор получил сообщение в полном объеме. И если придется чем-то пожертвовать, я к этому готов.
Они останутся на базе и продолжат играть с подозреваемыми в кошки-мышки.
— Да, я понял. — Схинки почесал затылок. — Но все-таки хорошо, что Гриму не удалось позвонить…
