Носящая полумесяц пододвинула к себе ноутбук, и, вбив адрес в строку браузера, быстро набрала длинный и сложный пароль: страничка успеваемости студента. Британская Магическая Академия изо всех сил демонстрировала, какое она прогрессивное учебное заведение: электронные табели, ещё не везде введённые даже в Японии, "личный кабинет" для родителей ребенка - от оценок до школьного рациона. И свежая фотография "на пропуск" - обновляемая каждый год. Девочка на фото... да к чёрту (тому самому, христианскому!) экивоки: девушка! Молодая, красота которой ещё только начала раскрываться, как бутон орхидеи... но уже, определённо, не ребёнок. Мерухи присмотрелась - и нет, не вздрогнула, но ощутила некоторый дискомфорт: дочь смотрела с фотографии на свою мать жёстко, требовательно и немного зло. Какое знакомое выражение лица... уж не его ли каждый день видишь в зеркале? Да и черты лица... много, много красавица Куэс взяла от своей красавицы-матери. Старшей Джингуджи внезапно захотелось узнать, что за настроение было у её дочери, когда делали снимок. Не то, чтобы они часто общались, и ещё реже на "неформальные" темы - Мерухи старательно держала дистанцию между собой и своим ребёнком, однако до некоторой степени старалась быть в курсе того, чем "дышит" её чадо. На снимках "принцесса" обычно получалась в двух видах: сосредоточенное внимание или победный взгляд "я взяла и эту высоту!" А тут... скорее, "у меня есть проблемы, и я их решаю". Всё-таки два полных месяца "вольной охоты" на демонов на неё здорово повлияли... и, видимо, слегка сбили подростковую спесь: мол, я тут самая крутая и легко справлюсь. Мерухи прекрасно помнила себя в этом возрасте... и потому старательно дистанцировалась от своей наследницы. И вот угораздило же дитя родиться с "выдающимся" даром!
Фотоальбом был на ноутбуке - но матриарх даже не сделала движения его открыть. Зачем? Профессиональная память волшебницы, способной работать без подсказок со сложнейшими трёхмерными мана-структурами "влёт" сама оперативно "показала" своей владелице нужное - причем "в 3D", так, как она сама когда-то видела всё собственными глазами... Вот вопящий младенец на пелёнках - и тёплое, совершенно незнакомое чувство в груди: Мерухи никогда не была сильно эмоциональным человеком. Эмоции может позволить себе водитель трактора, а не глава огромного клана! Вот нянечка, удерживая за руку (низко склонившись для этого) ведёт забавно косолапившую Куэс за руку. Вот огромные глазищи, сияющие отблесками неземного света - и мерцающая искра, порхающая над выставленной ладонью ребёнка. Вот она отчитывает зарёванную и одновременно забавно-сердитую трёхлетнюю кроху за то, что та свалила с тренировки, чтобы пожаловаться на слишком строгого наставника. Кисти рук все в точках и пятнах "внутренних ожогов" - запертая в организме магия в очередной раз пыталась вырваться этой ночью. И её, Мерухи, строгий голос: лучше испортить дочери настроение, чем обнаружить однажды утром в детской маленький раздутый труп: клановый врач вчера показал ей снимки детей с синдромом реакции белков на тепловой шок. Вся в ссадинах, лежащая на земле малютка в кимоно - и огромные, не по-детски серьёзные глаза на пол-лица. За дочерью возвышается куча дымящегося мяса - динамическое лезвие с переменной скоростью контура - страшная штука: демона буквально разорвало! Да, Мерухи была зла на тварь, что украла ребёнка от самой границы клановой территории. "Я слабая, да?" - Голос Куэс тонок и тих, приходится встать на колени, что бы расслышать, пока врач быстро и аккуратно проверяет тело дочери на переломы. "Ты станешь сильнее" - а что ещё можно было сказать? Семилетняя Куэс удивлённо смотрит по сторонам - "и это всё?". "Всё, девочка." - Генноске Амакава щурится, отчего его глаза собирают целую паутину морщинок-лучиков по всему лицу. - "Теперь ты совершенно здорова. Попробуй!" ВЖЖУХ! - Язык пламени срывается с ладони ребёнка и испепеляет ближайший куст камелии - от корней до кончиков листьев, в один миг - только пепел опадает. "Не больно... Мама, не больно!" Чуть ли не последний раз, когда её назвали "мама". "Госпожа", "матриарх", "мать" - этикет младшей химэ вдолбили крепко... в том числе и она сама. Проклятые Амакава!