Я понимаю главу своего МИДа, граф Румянцев кропотливо выстраивал отношения с Швецией. А теперь получите объявление войны. Непонятно мне рвение шведов к войне. Я прошёлся по кабинету и задумался. Не дают мне мирной жизни. Чувствует мой седалищный нерв, что это новые интриги англичан. Пока мерял кабинет шагами появился полковник Васильев. Вообще-то у меня служат двое Васильевых, оба Александры с отчеством Ивановичи. Они родственники, дядя и племянник. Я поначалу сомневался в назначении молодого Васильева, но со временем понял, что молодой офицер на своём месте. Раздался стук в дверь, заглянул флигель-адъютант ротмистр Хилков Степан Александрович. Этого молодого офицера я взял к себе на должность флигель-адьютанта в 1802-ом году из Конной гвардии, когда разогнал всяких камер-гусар и прочий придворный мусор. Толку от них никакого, знай себе интригуют и продвигают знакомых по службе при дворе. Ну что за должность постельничий? Зачем мне мужик, который помогает одеваться? Куда как приятней, когда это делает молодая и красивая девица. Я когда делал перетасовку всяких придворных должностей на меня смотрели, как на ума лишённого. Однако Павел, ещё до моего попадания в его тело, успел приобрести сомнительную славу самодура. Это здорово меня выручало в первое время. В том числе и слова, которые я привык применять в 21-ом веке, так и лезли с моего языка. Думаю, что в первое время весь двор и дворяне просто крутили пальцем у виска, показывая моё состояние головы. Но позже привыкли, а большинство слов вошло в обиход.
— Государь, подошёл полковник Васильев, младший, — мой адъютант всегда вставлял «младший» или «старший» в зависимости от того, кто из Васильевых появился.
— Пусть входит, — разрешил я.
Вошёл начальник СВР, поприветствовал меня. Я махнул рукой, чтобы полковник прошёл к столу, сам же посмотрел на Румянцева.
— Николай Петрович, вы знаете, что делать в таких случаях. Что касается посольства Швеции, препятствий для выезда не чинить, и проследите, как будут выезжать наши дипломаты.
Закончив с Румянцевым, подождал пока он покинет кабинет, повернулся к своему главному разведчику.
— Александр Иванович, давайте без оправданий. Доложите коротко и ясно.
— Государь, наш связной, он из купцов, прибыл в Стокгольм, но резидент на встречу не появился. Связной узнал, что произошёл переворот во власти, он осторожно навёл справки и выяснил, что наш резидент погиб во время переворота. Потому вся информация к нам опоздала.
Васильев докладывал чётко, без эмоций, но лицо его было бледным. Глава разведки понимал, что за прокол его резидента может потерять должность. Но я не планировал менять Васильева на кого-то другого. Полковник вполне удовлетворительно справляется со своими обязанностями. За короткое время организована агентурная сеть во всех странах Европы. Многие резиденты приближены к вершинам власти. Но за прокол подчинённого следует погрозить пальцем.
— Александр Иванович, доведите до своих подчинённых, что резидент не должен влезать в свару внутри политической борьбы. Выясните, что там на самом деле произошло и сделайте выводы. В следующий раз накажу. В короткое время в Швеции должен утвердиться новый резидент. Сегодня я соберу совещание вечером, ваше присутствие обязательно.
С этими словами я отпустил начальника СВР и дал распоряжение адьютанту, чтобы вызвал на совещание начальника Генерального штаба, военного министра, главу Канцелярии и главу контрразведки. Отобедав, отправился на конную прогулку. Сегодня меня сопровождает княгиня Авдотья Голицына. Она ночевала в моих покоях и что-то хотела мне сказать, но я утром отвлёкся на фехтование, а потом закрутилось. Мои отношения с любовницами слегка запутались после того, как Нарышкина оправилась от родов и появилась у меня. Сначала женщины пытались соперничать и ревновать меня друг к другу. Но после моих внушений подружились, у меня даже мелькала предательская мысль. А не устроить ли мне пошлое трио, Ж+М+Ж? Не спеша, стал закидывать княгиням такие мысли, они вроде не возражают, однако рвения не проявляют. Я решил развратные действия пока отложить. Может Авдотья мне на конной прогулке об этом сказать хочет? Но, как выяснилось я ошибся. Во время прогулки казачий конвой слегка отстал от нас, и мы смогли поговорить. Выяснилось, что Авдотья беременна, третий месяц. То-то я смотрю у неё животик увеличился. Надо отправлять её в имение пусть донашивает плод и рожает. Встаёт вопрос о ребёнке, Авдотья будто услышала мои мысли.
— Павлуша, я же два с половиной месяца назад ездила в Париж к мужу. Но, Павлуша, поверь ребёночек точно твой. Я когда в Париж поехала у меня уже была задержка, потому и навестила Сергея Михайловича, — начала убеждать меня Авдотья.
— Не надо волноваться и нервничать. Твой муж далеко не дурак, даже если и догадается, ребёнка признает. Поезжай в имение, с собой возьми только доверенных людей, спокойно там доходишь срок и родишь. Не надо появляться в Свете с животом, трепать языками будут, конечно, но мы выше всяких сплетен, — спокойно дал объяснение своей любовнице.
