Удивительные вещи происходят. Именно с этими мыслями я собирался на нашу встречу. Мыслей вообще было, конечно, больше. Например, стоя под душем, я всё пытался понять, как именно отношусь к Гошке. То, что он мне нравится, я понимал. Вот только не мог определить, как именно и насколько сильно. Сорокина была права, когда однажды сказала, что я не могу сидеть на заднице ровно — мне скучно. И не получится ли так с Гошкой тоже? Что через пару недель он мне наскучит, и я пойду искать другие развлечения?
Странно было не то, что я наконец осознал это и принял не как данность, а как проблему. А то, что я реально начал задумываться, как этого избежать. Наверное, Сорокина назвала бы это прогрессом. Я даже захотел ей позвонить, чтобы посоветоваться, но решил, что разговор получится слишком долгим и лучше его отложить на другой день, когда будет свободный вечер, чтобы мы могли встретиться, выпить и перетереть. На трезвую голову подобные вещи обсуждать мне было бы сложно — я это чувствовал.
— Ходил к Костику?
Я посмотрел на Гошку с лёгким прищуром. Мы только успели сесть за свободный стол и сделать заказ, а тут сразу такие вопросы… Даже выжидать не стал. Беспокоится?
— Ходил, — кивнул я, решив не мучить его.
— И? — чуть напряжённо глянул на меня Гошка.
— Не переживай, мы не сошлись. Ты же из-за этого спрашиваешь?
— И из-за этого тоже, — Гошка закусил губу. Я невольно проследил за этим движением и сглотнул. Всё-таки что-то в Гошке было непередаваемо сексуальное. Даже в таких невинных жестах. Сразу хотелось его завалить здесь же. Я стиснул зубы и попытался восстановить дыхание. А Гошка продолжил после короткой паузы: — Некрасиво получилось по отношению к Костику. Вы же встречались, а тут я…
Скрыть удивление у меня не получилось. Потому что я никак не ожидал, что в нашем с Костиком расставании Гошка будет винить себя. Отхлебнув от принесённого официанткой бокала с пивом, я откинулся на спинку стула, на котором сидел, и покачал головой:
— Тебе из-за этого точно не стоит переживать. Думаю, мы бы всё равно рано или поздно разбежались. Не ты, так кто-то другой стал бы последней каплей Костика.
Гошка скользнул по мне немного растерянным взглядом и вздохнул, снова опуская голову и начиная изучать столешницу. Я молча наблюдал за ним. Сейчас я пытался приноровиться к новой роли, непривычной мне: роли человека, который пытается начать строить нормальные отношения, а не просто развлекается. Это был интересный опыт, нужный. Но не только из желания эксперимента я пошёл на это.
Пусть я ещё не до конца разобрался в своих чувствах к Гошке, но он точно мне нравился. И мало того, что с ним хотелось поскорее оказаться в постели, так ещё посидеть вот так в кафе было приятно. И узнать желал не только про любимые позы в постели — хотя, конечно, у Гошки не спросишь этого, девственник, блин, попался на мою голову, карма, наверное, — но и про другие интересы тоже.
И я принимал это с осторожным любопытством, словно ступал на тонкий лёд, покрывший знакомую реку, которую я обычно пересекал по мосту. Это было интересно. И я хотел узнать, что случится потом, когда я доберусь до противоположного берега.
Глава 9
— Как думаешь, мы выиграем? — Гошка шёл рядом со мной по студенческому парку, привычно засунув руки в карманы куртки и спрятав нос в воротник.
Осень наступила окончательно, с неба падала какая-то ерунда, — то ли дождь, то ли снег — а под ногами шуршали жухлые листья, нарушая тишину, восстановившуюся после большого перерыва. Пар сегодня было только две, поэтому мы в свободном полёте направились по домам. Точнее, ко мне домой. Вчера я купил клёвую игру, но одному в неё играть было откровенно скучно. Это я понял сразу, поэтому потащил Гошку к себе. Гошка упрямился, но недолго. Наверное, сначала переживал, что я затащу его в кровать сразу же, как мы придём домой.
И, честно говоря, такой расчёт присутствовал. Уже несколько недель — ладно, всего две — секса у меня не было. И это меня напрягало, потому что до этого вынужденного воздержания я в развлечениях себе не отказывал. А тут пришлось напрягаться изо всех сил, чтобы Гошку не спугнуть. Он и так на лишние и совершенно невинные прикосновения реагировал слишком резко и яро: моментально бледнел, отшатывался и сразу сворачивал разговор, придумывая причину для ухода. Сначала меня это забавляло, но сейчас уже раздражало. В конце концов, мы же не с нуля начинали — я ему минет делал, а он боится простого прикосновения к плечу.
Так что сегодня я раздумывал над тем, брать ли алкоголь, сколько и как напоить Гошку до той кондиции, чтобы смущение отошло на задний план, но и заниматься сексом он был готов. Презервативами, кстати, тоже успел запастись, и сейчас от всей души надеялся, что мне они понадобятся. Зря, что ли, вчера в аптеке полчаса стоял и выбирал?
Гошка, кажется, подозревал о моих намерениях, поэтому в магазине, куда мы зашли по пути, от коньяка отказался, от вискаря тоже, согласился лишь на пиво. И то…
— Только одну, — серьёзно проговорил он, глядя на меня с каким-то скрытым осуждением. Ну точно ведь знал!
