Второй этаж встретил меня пустотой. Никаких засад и живых существ. Всё та же деревянная мебель лохматых веков производства и тишина. Я, как будто, вернулся в средневековье, хотя наши текущие возможности не сильно отличались. Да, мы многое помнили из технологий и методов обработки, но без специализированных станков и материалов оставались на том же уровне. Мало кто сможет выстругать топором банально ровную доску, не используя при этом пилы, и не избавит её от заноз, без шлифования или покрытия лаком. Толстый, неровный стол, три таких же кривых табурета и жаровня, с горящим в ней огнём — вот и всё убранство комнаты. Подошло бы для сторожки, но никак не для замкового донжона. Я ожидал гораздо больше от сооружения другого мира. Мне рисовались каменные своды, теряющиеся в высоте, обилие золота и гобеленов, декорирующих стены. Реальность оказалась более проста. Тем более не жалко сравнять здесь всё с землёй.
Дверь выше заперта — широкая замочная скважина требовала ключа, но я не видел ничего подобного у убитого мной орка. Видимо, ему не доверили хранение столь важной вещи. Хозяева башни не ждали гостей, но мне придётся явиться без приглашения. Широким взмахом, я врубил топор в щель между полотнищем и косяком, и используя рукоять как рычаг, выломал запорный механизм. Оглушительный треск оповестил всех, кто мог слышать, о моём варварстве. Ну не люблю я возиться с отмычками и чем- то таким же тонким, особенно, когда есть старый добрый метод лома. Дверь отворилась, осыпавшись деревянной щепой.
— Эй, кто в домике живёт!? — заорал я в проём.
Скрываться больше нет нужды, а так, может, хоть жути нагоню. Сверху что-то зашевелилось, как будто перетаскивали мебель волоком по полу. Баррикадируются гадёныши. Так и подмывало забросить им гранату — неожиданный горячий гостинец, — но тогда вряд ли получится что-то выяснить и всё это мероприятие пройдёт зря. Просто прогулялись на свежем воздухе, да навестили племя каннибалов.
Я поднялся на ещё один виток лестницы, чтобы снова обнаружить запертую дверь. Попинал её ногой на всякий случай — не сдвинулась. Моё самообладание заканчивалось, а внутри росла волна раздражения. Понаставят преград и каждую взламывай. Первый удар топором выбил крупную щепу из дверного полотна и заставил её пошатнуться. Второй расширил щель и прорубился насквозь. Я методично вгонял лезвие в дерево, вымещая накопившуюся злость. Руки не чувствовали усталость, как будто мышцы подпитывались изнутри. Логичнее было бы рубить в районе замка или петель, но мне хотелось напугать находящихся в комнате, а они точно там были — я чувствовал их присутствие и учащённое сердцебиение.
— Да кто ты такой!? — донеслось до моего слуха.
Язык был мне незнаком, но, тем не менее, я понял смысл сказанного. От неожиданности даже остановил удар, задержав топор в воздухе. Это как так, по-нашему от страха заговорили, стоило только прижать? Или, что более вероятно, это произошло после смерти орка и переполнения. До этого я забирал жизнь у слаборазумных существ. Гоблины не блистали умом и сложной социальной организованностью. Не удивлюсь, если у них даже языка своего не было, а общались они исключительно интонациями, как животные. Человеческая женщина не в счёт, мы с ней и так понимали друг друга. Орк своей смертью принёс гораздо больше, чем думалось изначально. «Не только вкусное мясо, но ещё и ценный мех» — если выразиться старой поговоркой.
— Смерть ваша, несу возмездие во имя Луны! — Прокричал я в ответ.
Подсознание само перевело мои слова в нужные звуки, понятные иномирцам. Вот раньше бы так, и цены мне не было бы, как переводчику.
— Мы не гневали богиню Луны, уходи.
Я словил сильное желание хлопнуть себя по лбу, но вовремя вспомнил о зажатом в ладони тесаке, и сдержался. Находящиеся за дверью приняли мои слова за чистую монету. Контакт двух цивилизаций состоялся, но крайне дурацким способом. Ну вот, вроде, и не зарубишь их теперь просто так, если можно поговорить. Но и не уйдёшь обратно, сказав: «Извините, ошибочка вышла, пойду-ка я».
Злость немного поутихла, происходящее выбило меня из привычной картины мироздания. Раньше было желание просто зарубить как можно больше тварей, пока они не сделали тоже самое с тобой. Никаких переговоров и никакой жалости. Но, где-то в глубине меня, всё ещё сохранилась исследовательская жилка, толкавшая познавать окружающий мир, не разрушая его при этом. Нет, я не простил им убитых людей и не собирался отпускать живыми, но узнать немного больше стоило бы.
— Либо вы разбираете завал, либо я делаю это сам и добираюсь до вас злой. Считаю до десяти, время пошло.
Не знаю, умеют ли они считать, да это и не важно. Всё равно войду.
Никаких шевелений, ожидаемо, не случилось. Тянут время, надеясь, что придёт подмога. Мне же лучше, не придётся бегать за гоблинами по всей территории и заглядывать под каждый куст, отыскивая схоронившихся. Обороняться здесь тоже достаточно удобно, ширина небольшая, больше чем по двое не подойдут.
