Он протискивается через толпы студентов, которые в хаотичном порядке снуют по университетскому коридору. Хочется поскорее уйти отсюда и никогда не возвращаться. Терпение Дохёна уже однажды исчерпало свои запасы и сейчас опять на исходе. Он готов биться об заклад, что самые незаинтересованные в своем предмете преподаватели во время экзамена измываются над студентами хуже всех. Пытаются самоутвердиться за их счет. Явно же в молодости были еще теми бездарями. Он в этом абсолютно уверен, ведь успешным и счастливым людям не нужно пытаться завоевывать авторитет и убеждать в своем успехе кого-то еще. Они уже состоялись для самих себя – это главное.
Такие преподаватели, как профессор Шин, явно сидят не на своем месте. Их работа им не нравится, студенты противны, а жизнь скучна. А если еще и в семье проблемы, то можно гарантировать, что никто из группы не сдаст экзамен.
Дохён может только посочувствовать, но не в случае, если его самого отправляют на очередную пересдачу.
Сегодня у Дохёна осталась еще одна пара – семинар по мировой экономике, к которому он, естественно, не подготовился. Но, учитывая, что он вообще придет на занятие, преподавателю и это уже должно понравиться. Поэтому Дэн может позволить себе немного опоздать. Он заслужил отдых, особенно в его первый полноценный учебный день.
Во дворе кампуса Дэн быстро находит Мин Сонги, который сидит на лавочке, нежась в мягких лучах осеннего солнца.
– Пусть горит в аду этот чертов универ. – Дохён с шумом плюхается рядом с Сонги, устало растекаясь по скамейке.
Фугу даже не смотрит в сторону товарища и продолжает подставлять свое бледное лицо солнцу. Выглядит это так, словно вампир впервые вышел на свет божий и понял, что он для него не смертелен.
– Я каждый день эту мантру повторяю, – устало выдыхает Сонги. – Но, как видишь, он все еще стоит.
Дэн лишь ухмыляется, ведь знает, что о том же мечтает почти каждый студент этого злосчастного заведения.
– Как твоя новая группа? Уже небось нашел себе новых дружков? – Фугу улыбается то ли от нелепости своего же вопроса, то ли от удовольствия.
Осень – его любимое время года, и он наслаждается каждым мгновением.
– Заучки и папенькины сынки, – фыркает Дохён, вспоминая новых одногруппников. – Придурки, одним словом. Ненавижу таких.
– Я тоже папенькин сынок. Меня тоже ненавидишь?
– Еще как. – Дохён сердито поворачивает голову и наблюдает, как самодовольная улыбка медленно растекается по лицу друга. – Особенно когда вспоминаю, что меньше чем через год вы с Гуком отмучаетесь и бросите меня.
– Ну а кто в этом виноват?
От этого вопроса становится тошно – Сонги будто специально бередит еще не до конца зажившую рану.
– Твою ж, да никто, – закатывает глаза Дэн, отворачиваясь и переводя взгляд на университетский газон.
Не хочется больше мусолить эту тему. Что тут еще сказать можно? Что он облажался по полной программе? Или что ругался с родителями на весь дом, доказывая, что у него талант к музыке?
Докричался настолько, что даже заручился у них если не поддержкой, то хотя бы добром на академический отпуск. Они пошли на уступки, чтобы сын наконец-то понял, что никакого таланта у него нет, и угомонился. Понял ли он это? Может быть. Угомонился? Немного. По крайней мере, так яростно больше не пытается никому ничего доказать.
Каждый раз казалось, что еще один шаг, и цель будет достигнута. Но чем дольше Дохён шел, тем расплывчатей становился этот мираж.
Стыдно, что не оправдал своих ожиданий, что не хватило терпения и упорства. А теперь и пытаться не хочется. Даже гитару в руки не брал с тех пор, как объявил группе о своем уходе. Парни небось уже нашли себе нового гитариста и прорезают себе тернистую дорогу к славе.
А он что? Сидит сейчас на скамейке во дворе университета и ненавидит всех и вся. Столько злости в нем, что стоит Сонги лишь вскользь упомянуть музыку, как возникает резкое желание опрокинуть лавку.
Но делать этого Дохён не будет. Он только сжимает кулаки посильнее, чтобы ногти хорошенько впились в кожу на ладонях. Словно физическая боль сможет заглушить душевную. Еще ни разу это не помогало, но каждый раз он делает это снова и снова. Не то что с музыкой.
Раньше ему удавалось совмещать все: и музыку, и учебу, и развлечения с девчонками в ночных клубах. И куда это все делось? Сейчас Дэн уже и не может вспомнить, откуда у него находились силы и энергия на все это. Откуда у него находилось вдохновение на написание песен? Сейчас он даже если захочет, ни строчки написать не сможет – и пытаться не будет. Лучше побережет силы и нервы. Потратит их на что-то более приятное и стоящее – на Пак Джуын.
