Средневековая Европа. Убийцы и грабители братья Гроссбарт отправляются в путешествие из германских земель на юг, спасаясь от гнева местных жителей и надеясь разбогатеть. В семье Гроссбарт уже несколько поколений промышляют разорением могил, и братья намерены прославить себя и предков, добравшись до легендарных склепов Гипта. Чтобы добраться туда, им придется пройти через опасные и неизвестные земли в компании самых разных путешественников: купцов и убийц, падших священников и жуликов всех мастей. Только мир Гроссбартов одновременно знаком нам и бесконечно далек: это мир живых святых и вполне реальных демонов, мир монстров, безумцев и чумы, мир оборотней, сирен, мантикор и чудовищ, которых сложно описать, а еще труднее назвать. Братьям предстоит узнать, что у всех легенд есть своя правда, а смерть – это далеко не самое страшное для тех, кто вступил на дорогу зла.Содержит нецензурную брань!
Jesse Bullington
THE SAD TALE OF THE BROTHERS GROSSBART
Originally published in English by Orbit.
Published by arrangement with Synopsis Literary Agency, The Cooke Agency International and The Cooke Agency
© 2009 by Jesse Bullington
© Ефрем Лихтенштейн, перевод, 2018
© Валерий Петелин, иллюстрация, 2018
© ООО «Издательство АСТ», 2018
Посвящается:
Рэйчел
Молли
Джону
Дэвиду
Трэвису
Джонатану
Нельзя сказать, что история братьев Гроссбарт началась, когда пятьсот лет назад в одном немецком монастыре, внутри полупереписанной Библии обнаружился иллюминированный манускрипт с текстом Die Tragödie der Brüder Große Bärte[1]. Как нельзя сказать, что она закончилась, когда эти бесценные страницы погибли в прошлом веке во время бомбардировки Дрездена. Даже бесчисленные устные предания, которые безымянный монах записал в упомянутый выше фолиант, вряд ли можно счесть подходящей отправной точкой, и, как свидетельствует недавнее академическое оживление, хроника Гроссбартов еще не завершена. Эти средневековые сюжеты всплывают в разных культурах с такой поразительной настойчивостью, что отсутствие внятного современного перевода не поддается объяснению. Читателю доступны лишь немногочисленные перепечатки оригинальных рукописей, сделанные в XIX веке, и давным-давно, к счастью, не переиздававшееся стихотворное переложение Тревора Калеба Уокера. Увы, Уокер был куда лучшим ученым, чем поэтом, о чем явно свидетельствует этот его труд, изданный за счет автора. Все сказанное явилось для меня стимулом пересказать Die Tragödie так, чтобы получившаяся история пришлась бы по вкусу изначальным слушателям.
Здесь следует подчеркнуть различие между историями и историей: вместо того чтобы рассматривать Die Tragödie как собрание независимых фрагментов, сравнимое с относящимся к той же эпохе «Романом о Лисе»[2], я взял за основу устремление, о котором неоднократно упоминали сами Гроссбарты, и попытался составить цельное и линейное повествование. Благодаря такому подходу удалось включить в единый сюжет прежде не связанные истории, фрагменты, которые освещают разные аспекты большего нарратива, хотя на первый взгляд и кажутся не имеющими ничего общего, кроме эпохи и места действия. С другой стороны, из-за этой методы возникли сюжетные скачки в тех местах, где опущены однотипные приключения.
Спешу разочаровать коллег, которым наверняка хочется, прежде всего, понять, поддерживает ли автор апологетов Данна и Ардануя или ревизионистов Рахими и Танцер: это переложение предназначено широкой аудитории читателей, не знакомых с историями о Гроссбартах, и, таким образом, оно выходит за рамки академического противостояния. По этой причине, а также чтобы не отвлекать лишний раз читателя, книга лишена аннотаций, а там, где зафиксированы вариации, предпочтение отдано самым популярным сюжетным решениям. Как уже было сказано, приключения Гроссбартов зачастую мало отличаются одно от другого, если не считать места действия (что отражает региональные различия и происхождение первоначальных респондентов). Отмечать все эти расхождения значило бы отречься от цели данного проекта – пересказать историю так, как она звучала бы изначально. В конце концов, немецкий крестьянин ведать не ведал, что его соседи-голландцы ставят их родине в вину порождение Гроссбартов, как торговец из Дордрехта не знал, что немцы из Бад-Эндорфа настаивают, что в его городе родились пресловутые братья.
В этом проявляется пропасть, разделяющая современного читателя и изначальную аудиторию этих историй, чуждую для нас почти до полного непонимания. Первые рассказчики и их слушатели могли, например, отнестись к фантастическим и кровавым элементам рассказов куда серьезнее, поскольку от опасностей ночи их ограждал лишь свет очага или походного костра. Четырнадцатый век, в котором происходили и рассказывались истории, был, по словам Барбары Такман, «ужасным, жестоким, с разобщенностью людей временем, ознаменованным, как многие полагали, торжеством Сатаны».
Однако неслучайно Б. Такман назвала свою монографию, посвященную истории данной эпохи, «Далекое зеркало»[3]. Трагедии и жестокости того времени могут показаться страшнее, если оценивать их из далекого будущего. Но, несмотря на все, чего мы добились за прошедшие столетия, на земле по-прежнему идут войны, благородные восстания жестоко подавляются, люди подвергаются религиозным гонениям, а голод и болезни уносят жизни невинных. Это не оправдание и не извинение за жестокости, которые встретятся вам на следующих страницах, но попытка дать читателю оптическое стекло, через которое, если потребуется, он смог бы на них взглянуть.
