Печать Бездны. Часть 2 полностью

   Нота Бене: по сильванийской системе одна ступень равна одному катрену. Не путать с тремя двустишьями в империи и двумя катренами в феларской системе, где один опорный, то есть более чем на треть является началом следующего! Иначе хлопот при пересчете не оберетесь.

   Что нам это дает? Это открывает перед нами огромный простор для исследований пограничного состояния, вплоть до возможности составления полного списка условий, при которых возможны нарушения цикла очищения Бездны. Тем самым мы сможем в скором времени установить, какие именно аспекты материи сфер позволяют, например, вампирам оставаться бессмертными, то есть в чем суть проклятий, которые выбивают отдельно взятое существо из привычного цикла смерть - очищение - перерождение? И, чем черт не шутит, в скором времени установить первопричину появления именно такого закона Бездны.

   В заключение хочу сказать, что прецедент с автором "Гриманвила" считаю чрезвычайно важным для дальнейшего развития познаний в стихии Смерти. Рекомендую его как хрестоматийное пособие для изучения нарушений в материи сфер в качестве ключа, который приведет нас рано или поздно к небывалым открытиям в механике построения окружающего нас мира.

   Верховный некромант Кассар, "Гриманвил"

   (комментарии к имперскому изданию)

   Глава 4

   "Пепельные Пустоши - проклятое дневным светом место, где меня не покидало ощущение, что я и мои братья по оружию находимся в предбаннике самой Бездны!"

   из дневника одного из агентов особого отдела канцелярии Фелара

   Раннее утро Даэмас встречал на балконе. Он с наслаждением вдыхал морозный зимний воздух, закутавшись в свой подбитый мехом теплый плащ. Бессонная ночь не давала о себе знать благодаря крепкому лангвальдскому чаю и паре общеукрепляющих заклятий, в которых чернокнижник не назвал бы себя докой, но выбор наугад оказался нынче утром удачнее, чем третьего дня. Стоило запомнить эту подходящую комбинацию, ведь ничто человеческое чародеям было не чуждо, и к ним также верно применялся постулат эльфийских эскулапов об уникальности реакции организма на лекарственные средства, не важно будь они, эти средства, физической или магической природы. Кстати, в рассмотрение последних двух аспектов Даэмас углубился и проводил дотошные изыскания без малого месяц. Видимо, это настолько увлекло его, что этим утром он с удивлением обнаружил, как бренное тело настойчиво потребовало отдыха, напоминая тем самым о своей физической, обыденной природе.

   Это неожиданно резко отрезвило чернокнижника, с головой ушедшего в рассмотрение созданий искусственной природы. Что и говорить, пробыв целый месяц наедине с гомункулусами и големами, поневоле начинаешь в чем-то им уподобляться. Между прочим, некоторые древние мыслители считали это очень ценным методом познания: чтобы узнать суть полена, нужно начать мыслить как это полено. Молодой человек был с ними согласен и очень уважал, но не применял подобного метода. По крайне мере, осознанно.

   В целом, если говорить о результатах проделанных изысканий, Даэмас был доволен результатами, но его совершенно не устраивал метод, которым он его достиг. Рациональный подход к делу шел своим чередом и обещал итоги не раньше окончания зимы, и тут случайные известия подстегнули весь процесс, утроив скорость. Известие о чудовищной резне на границе империи в мгновение ока облетело весь Фелар, не говоря уже о чудесном излечении от чумы, которое предоставили те, от кого этого меньше всего ждали.

   Некроманты.

   Чернокнижник развернулся и прошел в комнату. Остановившись у камина, он бросил косой взгляд на томик "Гриманвила", того самого имперского издания, которое купленные с потрохами стражи порядка пытались изъять настолько лениво, что даже истанийские чародеи с другого края Материка успели прибрать к рукам пару книг.