— Хаос отправил своего эмиссара в её тело и энергетическую структуру. Сделка с богами заключена. Печать принята. Если она не выполнит условия, мы получим ещё одну генеральшу Хаоса. И что это будет за генеральша, если она на равных обмен с Оком провела.
Похоже, Иниса основательно пробрало от полученных вводных.
— Нужно срочно собирать совет, и как-то сообщить всё Ариссе Сумеречных. И желательно так сообщить, чтоб наш Осколок не перестал после этого существовать.
*Арисса — верховный титул правительницы Сумеречного Осколка. Сумеречные — межвидовой альянс магически одарённых особей.
Прошло порядка получаса с момента, когда я почувствовала себя плохо. Неприятные ощущения нарастали постепенно. Сначала просто кружилась голова. Затем изменилось зрение. В глаза как будто насыпали серебристых блесток. Мир воспринимался в эффекте сепии. Но, в тоже время, окружающее пространство отливало серебром: кресла в автобусе, одежда, даже кожа на руках. Непривычно и завораживающе красиво. Сколько не пыталась проморгаться, но картинка не менялась. Затем начало ломить каждую клеточку тела. Отдельный клубок боли сконцентрировался в районе солнечного сплетения. Если бы не гарантированное ведьмовское здоровье, подумала бы, что да здравствует инфаркт. А так ощущения напоминали незабываемые ночные кошмары, которые мучали меня последний год. По какой-то причине после приезда из Европы нормально спать я почти перестала. С различной периодичностью мне снилось, что я обездвиженная нахожусь в каком-то старинном особняке, а моим телом с изощрённым изяществом развлекается неизвестный мужчина. Я слышу лишь голос. Каждую ночь мне кажется, что я запомню его на всю жизнь, но утром сон стирается из памяти, остаются лишь смутные тени. Сейчас ощущения напоминали один из самых первых кошмаров, в котором я была влюблена в своего мучителя, а он за одну ночь научил меня ощущать мириады оттенков боли. Мысли вяло копошились в мозгу. Сейчас нет возможности проснуться, но радует, что нет и моего ночного мучителя. В какой-то момент голову будто сковал обруч боли, из носа закапала кровь; пришлось откинуться назад, чтоб не испачкаться. Сквозь мутную пелену болезненного сознания почувствовала, что автобус остановился.
Может у меня и не было сил, чтоб встать и выйти, но я прекрасно слышала, как пригласили участников на выход, открылись двери автобуса, и в салон кто-то зашёл. С каплями крови на лице и руках я представляла зрелище не лучше, чем остальные бессознательные пассажиры.
Кровь не останавливалась, поэтому наблюдала за молодым пареньком с запрокинутой головой из-под опущенных ресниц. Он вполне сноровисто осматривал по очереди каждого пассажира и делал пометки на каком-то кристалле стилусом.
Настораживало то, что кроме пульса, зрачков и дыхания он, воровато оглядываясь по сторонам, осматривал ещё и карманы пассажиров.
Возможно, конечно, это ещё один досмотр, чтоб не провезли гаджеты, но как-то не похоже. Очередь дошла и до меня, стандартная проверка пульса на шее, который вяло отзывался толчками крови, не смотря на болевые ощущения. Видимо это успокоило паренька, и он потерял бдительность. Вместо проверки зрачков он проверил наружные карманы пиджака, затем расстегнул верхнюю пуговицу и заметил нечто достойное его внимания и риска. На шее на обычной серебряной цепочке висел бабушкин подарок. После окончания магистратуры в Польше и неудачной помолвки, я вернулась домой, где бабушка подарила мне красивый витой кулон, ограненный горным хрусталем и гагатом. Два маленьких водопада черный гагатовый и белый хрустальный смешивались брызгами посредине и образовывали воронку, водоворот серебристо-серого цвета. Цвет Сумеречных. Нарьяна хотела, чтобы я стала её правой рукой в управлении Сумеречными, но я отказалась. Осколки признавали только право силы, подкреплённое правом крови. Поэтому мои проблемы с источником могли бы стать основой для междоусобной распри. Этого я не хотела для родного дома. Когда-то мама говорила мне, что бабуля отличается редкой властностью и дальновидностью, что к ее словам следует прислушиваться, но решения всегда принимать свои и не стесняться их отстаивать. Этот совет не раз помогал в отношениях с Ариссой Сумеречных. Вот и мой отказ от участия в управлении Осколком бабушка восприняла спокойно, скорее понимая мою правоту как Арисса. Она же и посоветовала сходить на собеседование сюда. Если мой источник не мог помочь в родном Осколке, он может быть полезен мне в другом. От протекции я отказалась, но решила, что после Европы будет скучно просто устроиться в какую-то фирму к местному самодуру. Почему бы и не замахнуться на самый крупный холдинг в стране.
