— Это интересно, братец. Думаешь, мы могли бы получить дополнительные деньги от этой ткацкой мастерской? Да и на большее количества ржи найдутся ли покупатели?
— Я думаю, если хорошо постараться, найдутся. Я сам могу проехать по соседним губерниям, особенно северным, в которых мало что растет, и договориться о продаже зерна. А насчет тканей надобно заключить договоры с теми купцами, которые будут покупать у нас ткани.
— Можно попробовать заключить договоры и с модными лавками, — с воодушевлением сказала девушка. — Ведь им выгоднее и дешевле будет покупать ткани здесь для пошива своих нарядов, чем откуда-то везти.
— Ты права, Слава, — кивнул молодой человек — Но нужно сделать так, чтобы эти модные лавки захотели покупать ткани именно у нас, понимаешь?
— Но как это сделать, Гриша?
— Надо вызвать у них доверие. Я сам от имени твоего мужа фон Ремберга поеду предлагать наши товары.
— Я бы тоже могла в модных лавках договориться.
— Да, конечно. Думаю, и с ростовщиком лучше тебе вести разговор как жена фон Ремберга.
— Мне тоже так кажется, Гриша.
— Но тебе надобно выглядеть подобающим образом, сестрица. Респектабельно да богато. Чтобы покупщики и ростовщики видели, что дела наши процветают, и мы сможем без труда отдать долги. Нужно тебе новые модные платья заказать для этого.
Слава опустила глаза на свое черное бесформенное платье и вздохнула. Как же она не хотела снимать его. Но в данную минуту, видимо, другого выхода не было. И она должна была заглушить в себе свои желания и подчиниться правилам, которые диктовала ей ее теперешняя жизнь.
— Как ты считаешь, одного платья будет достаточно? — спросила она.
— Нет, конечно, сестрица. Тебе необходимо справить целый гардероб. Ибо постоянно ты должна будешь появляться у ростовщика для выплаты процентов. И упаси тебя Бог приехать в платье, в котором тебя уже видели. Все вмиг решат, что вы с фон Рембергом бедны и не располагаете необходимыми средствами. К тому же тебе надобно хотя бы раз в неделю появляться в обществе да на балах. Это главное условие для заключения выгодных сделок. И ни в коем случае нельзя показывать, что ты сильно нуждаешься в деньгах. Ежели про твои несчастья узнают, нам не только откажут в деньгах, но и найдутся ростовщики, которые подтолкнут вас продать земли и поместье за бесценок.
— Я поняла тебя, Гриша, — прошептала тихо Слава и снова вздохнула. Девушка посмотрела на горящую свечу и подумала, что было бы хорошо, если бы ее муж был сейчас здесь и решал эти мужские вопросы. Но его не было. И вся ответственность нынче легла на ее хрупкие плечи. И, как хозяйка поместья, она должна была выполнить свой долг. — Но где мне взять деньги на покупку этих платьев? Ах, подожди. Есть немного денег, которые фон Ремберг ежемесячно выделял мне, я их совсем не тратила. Да еще подаренные Семеном на свадьбу. Всего, наверное, около двадцати тысяч рублей. Может, этого хватит на первое время?
— Я думаю, на первый гардероб хватит. Да и останется для первой закупки бревен и камня на строительство дома. А после получим кредит от ростовщиков и закупим все остальное. К тому же необходимы ткацкие станки и сырье для мастерской. Я сам займусь этим. А ты пока, сестрица, должна отыскать в деревнях пару-тройку дюжин толковых девиц, которые готовы обучаться ткацкому делу и готовых трудиться в мастерской. В обмен за их труд пообещаешь им снять часть годового оброка с их семей, я думаю, они согласятся. Все же труд в поле гораздо тяжелее и изнурительнее, чем в мастерской.
— Как ты все хорошо придумал, Гриша. Если бы не ты, братец, я бы не знала, что и делать.
Все оказалось не так плохо, как предполагала Слава. Гриша, который с самого первого дня с большим рвением занялся всеми делами поместья, высчитал, что им будет достаточно взять кредит только для постройки стен, крыши особняка да обустройства ткацкой мастерской. В течение месяца молодой человек, которому едва исполнился двадцать один год, организовал в одном из пустующих помещений на территории поместья мастерскую, в которую поутру приходило на работу около трех дюжин крестьянских девиц и женщин из двух ближайших деревень, подвластных фон Рембергу.
Уже через три недели ткацкая мастерская выпустила свою первую продукцию, а Грише удалось продать сотканные ткани в одну из модных лавок. Слава сама следила за работницами мастерской, часто наравне с ними садясь за ткацкий станок или присутствуя при покраске тканей. Во время осмотра готовых полотен Слава тайно проводила руками по тканям, вдыхая в них некие заговоры, которым учила ее матушка. Именно Мирослава научила девушку заряжать энергией солнца окружающие вещи, дабы затем они отдавали владельцам чудодейственную жизненную силу. После этого ткань становилась невероятно шелковистой, гладкой на ощупь.
