- Поссорились? С моим сыном? – лорд Линнестар не поверил своим ушам. – Но это невозможно! Лаэмир такой чуткий, деликатный… воспитанный…
- Да, он не был ни груб, ни жесток, - ответила девушка. – В этом его нельзя упрекнуть. Но он сделал мне предложение, и я ответила отказом.
- Какое?
- Он предложил мне руку и сердце, - Дехтирель отвернулась к окну. – Захотел, чтобы я стала его женой. Я ответила, чтобы он и думать об этом не смел! И ускакала. Больше я его не видела.
Лорд Линнестар сделал шаг назад, опустив голову. В слова девушки он поверил сразу и безоговорочно. Лаэмир сам признавался, что влюблен в дочь Наместника и обещал добиться ее взаимности – или погибнуть. И, видимо, он пошел напролом – и поплатился за свою самонадеянность. Но вот в то, что сын после такого отказа мог свести счёты с жизнью, он решительно не мог.
- Но хотя бы постарайтесь припомнить, где вы расстались? Что такого могло случиться, что сын не вернулся в поместье?
- Откуда я знаю? – Дехтирель все еще смотрела в окно, чтобы никто не увидел ее лица. – Может, он решил все бросить и ускакать за тридевять земель. Может, с горя в петлю полез…
- Я в это не верю, - встрепенулся отец. – Лаэмир не мог… Он слишком любил жизнь и не был способен…
- Откуда мы знаем, кто на что способен? – дернула плечом Дехтирель. – Прошу меня извинить, но я устала. Это все выбило меня из колеи… Я ведь была последняя, кто видел его. И, если с ним что-то случилось, вы можете обвинить меня! Но я ни в чем не виновата! Слышите? И оставьте меня!
Она сорвалась на крик, и лорд Линнестар покинул комнату дочери Наместника.
Внизу, в холле дворца, его ждали Преданные – все шестеро легионеров, которые сражались вместе с юношей в меле.
- Ну? – Доннар решительно шагнул навстречу.
Лорд скупо пересказал беседу с Дехтирель.
- Я не верю, - легионер упрямо пригнул голову, почти слово в слово повторяя лорда Линнестара. – Лаэмир не мог просто так покончить с собой. И пропасть он тоже не мог. Мы его отыщем. Он – наш брат. Преданные своих не бросают.
Тем временем Дехтирель со всех ног спешила в противоположную сторону. Она спешила уведомить брата и его денщика о том, что легионеры начали поиски. Теперь бы следовало как-то незаметно подкинуть им тело самоубийцы…
Но прискакавшего на место Охтайра ждало разочарование – обрезок веревки болтался на том же самом суку, но вокруг не было никаких следов тела. И даже трудно оказалось понять, что тут произошло – почему-то исчезли даже отпечатки его собственных сапог, словно ни он, ни наследник Раванир никогда и не приходили на эту полянку.
Тогда-то девушка и рискнула привлечь к этому делу гостившую на Острове пришлую волшебницу. По дороге на злополучную поляну Дехтирель успела наплести ей с три короба, и Видящая подошла к делу ответственно.
Она дважды обошла это место, сначала справа налево, а потом – слева направо, водя посохом из стороны в сторону и словно нащупывая что-то невидимое. Затем встала точно под обрезком веревки, закрыла глаза, что-то прошептала, сжав в кулаке висевший на груди крупный кулон. Девушка, затаив дыхание, наблюдала за нею, стараясь все запомнить. Все эти жесты ей могут пригодиться потом.
Постояв немного, Видящая опять пошла в обход поляны, забирая дальше в кусты, но вернулась, качая головой.
- Ничего не понимаю, - сказала она. – Тут близко была смерть. Амулет Тало, - она показала на кулон, - отозвался мне. Но больше ничего сказать не могу.
- Где тело? – воскликнула Дехтирель.
- Не знаю. Следов нет.
- Как – нет? Не улетел же он по воздуху?
- Да, это невозможно. Но тем не менее…
Девушка бросила быстрый взгляд на стоявшего с другой стороны у кустов Охтайра. Денщик дернул уголком рта и пожал плечами. Он сохранял полное спокойствие, и Дехтирель заставила себя успокоиться тоже.
- Но он умер? То есть, я хочу сказать, тут было
Ее волнение не укрылось от много повидавшей волшебницы. И она ответила так, как от нее ждали:
- Да. Мертвое тело. Мертвее некуда. Могу предположить, что некто, пожелавший остаться неизвестным, снял его, дабы похоронить. Так что на вашем месте я бы искала не труп, а свежую могилу.
Девушка испустила невольный вздох, и Видящая поняла, что угадала с ответом.
- Я могу быть свободна?
- Да, госпожа, - Дехтирель уже не смотрела на нее. Взгляд дочери Наместника был прикован к денщику ее брата. «Некто, пожелавший остаться неизвестным». Кто это? Уж не старуха ли Хозяйка? Или кто-то, кого они не знают? В памяти мелькнуло смутное воспоминание о проселочной дороге. Там, кажется, была какая-то повозка. Или ей все только показалось? Надо приказать прочесать все окрестные селения альфаров. Авось, кто-то из фермеров что-то знает.
- Что мне передать Совету наставниц?
- А? Что? Какой Совет?
- Совет наставниц, - гостья внимательно смотрела на девушку. – Они отправили меня с письмом к Хозяйке Сапфирового Острова.
- Отдайте письмо мне, я ей передам, как только увижу!
