— Раз твоя коса сломалась, возьми мою, — предложила я. — Все равно орудуешь ты ею куда лучше, чем я.
— Ну уж нет! — запротестовал Макар. — Каждому — своё. He буду мешать тебе выполнять твою миссию. Вся поляна в твоем распоряжении…
Зловредный недоросль отошел к сумке, достал из нее термос с чаем, пакет с бутербродами и одеяло. Создавалось ощущение, что Макар приготовился к пикнику. Он, значит, будет баклуши бить, а я вкалывать? Как бы не так!
Я бросила косу, из последних сил доковыляла до одеяла и буквально упала на него. Макар широким жестом предложил мне бутерброд. От усталости есть не хотелось. Хотелось только лечь и лежать. Совершенно неподвижно, потому что любое движение отзывалось болью во всем теле.
Я лежала на спине, понимая, что для счастья в жизни надо совсем немного — никогда больше не косить траву. Над головой висела молодая луна. А почему так кружатся звезды? Я закрыла глаза, чтобы унять эту вселенскую свистопляску, от которой у меня начиналось головокружение и желудок подкатывал к горлу. Отдохну полчасика, а потом опять начну косить. Я должна найти эту чертову траву. Потому что если не найду — не смогу переселить демона в тело жертвы. Чем это обернется для меня, даже подумать страшно…
Глаза открыть не удавалось, свинцом налились не только мускулы, но и веки. Я повернулась к Макару спиной, чтобы зловредный недоросль не видел, как мне плохо, и пальцами разжала веки. В центре поляны происходила какая-то чертовщина. Там две девушки лет восемнадцати в длинных белых платьях играли в ладушки. Третья как-то ненатурально, медленно-медленно, танцевала вокруг них, подпрыгивая и на секунду зависая в воздухе. Сначала тихо, а потом все громче и громче до меня стала доноситься считалка, которую хором проговаривали девушки:
Интересно, видит ли это Макар? Я повернулась к нему, но зловредный недоросль куда-то делся. В это время чья-то огромная черная тень закрыла луну, а девушки прекратили свое занятие, замолчали, повернулись ко мне, и все трое одновременно вытянули в мою сторону правые руки, словно указывая на меня кому-то…
Я очнулась в холодном поту и поняла, что все это мне только снилось. Естественно, никаких девушек на поляне и в помине не было. Общим между сном и реальностью оказалось только одно — отсутствие Макара. Зловредного недоросля на поляне не наблюдалось. Правда, издалека доносился громкий заливистый русалочий смех. Кажется, на озере веселье шло вовсю. Вполне возможно, Макар наслаждался жизнью вместе со своими подругами-русалками. Им вся эта крысиная возня с вызовом демона и охотой на Тамирайну до фонаря. И я их понимала. Насколько проще была бы моя жизнь, если бы не вся эта потусторонщина! Почему именно мне суждено было вляпаться в этот ужас? Жила бы как все люди, вышла замуж за Романа.
Роман… Если не вспоминать о сексе, во всем остальном наши отношения были идеальными. Я представила классически красивое лицо Ромы, безупречную прическу, глубокие черные глаза и словно наяву увидела мужчину моей мечты в кустах у самого края поляны. Он призывно махал мне рукой.
Это либо очередной сон, либо бред. Роману тут неоткуда взяться. Я закрыла глаза. Потом медленно открыла их. Рома не пропал. Он стоял все в тех же кустах. Лицо его выражало живейшее нетерпение. Подождав еще несколько секунд, мужчина моей мечты красноречиво постучал пальцем по запястью, намекая, что у него немного времени.
И все же откуда он здесь взялся? Я решила спросить об этом у него самого. Встала с трудом: мускулы повиновались еще хуже, чем во время пресловутого сенокоса. Еле-еле волоча ботинки лешего, направилась к мужчине моей мечты. Но как только я приблизилась к Роману, он повернулся и пошел в чащу леса.
Идти за ним было сплошным мучением. Боль в каждой мышце, ботинки не по размеру, в которые забивалась листва и мелкий сор, а еще кусты, цеплявшиеся за одежду, и ветки деревьев, хлеставшие по лицу, — эти факторы делали погоню за Ромой невыносимой. На просьбы остановиться и подождать меня Роман реагировал странно: останавливался, поворачивался, вновь призывно махал рукой и продолжал путь. Сам он, казалось, не испытывал никаких неудобств. Как будто летел над замлей, все ускоряя темп.
Не сводя глаз с любимой спины, я бежала за Романом по лесу. Наконец он остановился, обернулся ко мне и распахнул объятия. Сейчас, так и кинулась! Что за дешевый мелодраматизм? Уж если приспичило, обняться мы могли б и на поляне! Я остановилась на холмике, заросшем папоротником, непонимающе поглядела на Романа, отдышалась, сделала шаг вперед и закричала от ужаса.