Вот если честно, никогда бы не подумала, что таким пером можно что-то украсить. Я складывала перья, которые приносил Аргус, в полиэтиленовый пакет и внимательно осматривала каждое. Ни одно из них не показалось мне хоть сколько-нибудь привлекательным. Хотя… попадись где-нибудь поблизости селение с впечатлительными древнерусскими девицами, я бы определенно разбогатела на дюжину сарафанов, десяток кокошников и полсотни леденцов на палочке. Как все-таки со временем меняется система ценностей! Странно, с чего бы это меня вдруг потянуло на философские размышления и глубокомысленные сентенции?
Аргус вернулся с очередным пером и сообщил, что оно — последнее. Я положила добычу пернатого в пакет и спросила:
— Так ты мне расскажешь о Тамирайне?
— Да с удовольствием. Только я не столько о Тамирайне буду рассказывать, сколько о себе. Ведь Тамир — моя ученица. Она — всего лишь то, чем я ее сделал.
Аргус примостился рядом со мной, огляделся по сторонам и вздохнул:
— Впервые я увидел это место много сотен лет назад… Однако лучше обо всем по порядку.
Я не помню, как попал в Замок над Бездной. Но точно знаю, что не родился там. Первое мое воспоминание — Ширкут и железная клетка, которую он раскалял над огнём. Я сидел в клетке, так что, сама понимаешь, мне было немного неуютно. Нет, очень неуютно. Меня до сих пор сжигает ненависть. От мысли, что отомстить ему мне так и не удалось, она становится еще сильнее. Ширкут часто пытал меня, желая узнать, когда в Замок вернется кто-то, кого он очень боялся. Я же искренне не понимал, о ком идет речь. И мечтал только об одном: чтобы меня оставили в покое.
Моя мечта сбылась: Ширкут закрыл меня в одной из комнат Замка и забыл обо мне, надеясь, что я умру от голода и жажды. Его надежда не оправдалась. Когда терпеть мучения стало невозможно, я впал в спячку. Не знаю, сколько столетий она продолжалась.
Однажды я почувствовал в клюве горьковатый вкус какого-то питья. Открыл глаза и увидел девушку. Она поила меня жуткой лечебной дрянью, но после вынужденного векового поста эта дрянь показалась мне самым вкусным напитком из возможных. Незнакомка перенесла меня в свою комнату и выхаживала, пряча от хозяина Замка. Когда я вновь обрел способность говорить, мы познакомились. Выяснилось, что девушка — эльфийская принцесса, зовут ее Тамирайна, и она тоже жертва Ширкута. Этот негодяй забрал ее со свадьбы, прямо из рук жениха и привел в Замок. Она сделалась его женой. Знаешь, Ширкут не стал бы призером конкурса красоты. Да и характерец у него тот еще. В вашем фольклоре старина Шир фигурирует под именем Кощея Бессмертного, так что его супруге приходилось несладко.
Какое-то время девушка еще надеялась, что ее вызволит жених. Он все-таки суперблагородных кровей эльф, у них с детства была любовь-морковь. А тут такой поворот событий. Женишок должен был пойти вызволять невесту. Но вскоре Тамирайна узнала о судьбе своего нареченного и попыталась покончить с собой…
— Ее жених погиб в неравной схватке с богом? — предположила я.
— Если бы, — хмыкнул Аргус. — Суперблагородный эльф выгодно женился на другой принцессе и думать забыл о своей первой невесте. Тамирайна решила наложить на себя руки, но Ширкут успел ее спасти. И, чтобы не потерять красивую игрушку, искупал девушку в первородном Огне. После этого Тамирайна стала бессмертной и не смогла бы уже при всем желании свести счеты с жизнью.
У божественной пары все было хорошо. Но недолго. Ширкут завел себе других жен, забытая богиня Тамирайна тяготилась своим бессмертием. Как-то она со скуки шлялась по закоулкам Замка и в тайной комнате нашла полумертвую птицу — меня.
До встречи со мной богиня даже не подозревала, какими способностями наделил ее первородный Огонь. Она могла по своей воле творить и изменять миры, но не знала об этом. Я ей объяснил, что к чему, и мы решили бежать из Замка. Не буду утомлять тебя магическими подробностями. Скажу одно: пробить защиту Ширкута оказалось непросто даже при способностях Тамирайны и моих знаниях. И тем не менее нам это удалось.
Мы вышли из Замка на эту самую поляну. Тамирайна наложила печать на переход между мирами. Затем несколько сотен лет мы скитались по миру, спасаясь от обитателей других миров, жаждавших сломать печать и вернуться домой. Похоже, я и Тамир стали первыми охотниками на нечисть. Хотя тут и не поймешь: мы на них охотились или они на нас. Ох, веселые были времена! Лучшие в моей жизни.
Потом мы проникли во вторую половину Замка над Бездной, Тамирайна стала богиней Тамир. Я научил ее парочке божественных трюков, а она отправила меня в почетную ссылку — защищать Землю от проникновения посланцев из Бездны. Видимо, богине не нужно было существо, знавшее ее еще совсем молоденькой и беспомощной девочкой. Когда мы познакомились, ей исполнилось лет двести, не больше…
— Ничего себе девочка! — возмутилась я. — Двести лет! Да столько вообще не живут!
— Двести лет — не срок. Это ты столько не проживешь. Для нас это даже не молодость, а подростковый период.
— А где сейчас Тамирайна? — как можно более безразлично спросила я.