— Я там не прятался, — обиженно произнес призрак, — я там тебя подкарауливал, чтобы внезапно навстречу выскочить и напугать до полусмерти…
Еще один садист, маньяк, извращенец. И почему я вызываю такое страстное желание довести меня до полусмерти? А еще лучше до полной…
Привидение насупилось, выпятило челюсть и в лучших загробных традициях заунывно продолжило:
— Не тревожь покоя мертвых…
— Чем же я тебя потревожила? — Мне стало даже интересно.
— Ты же мой перстень сперла у Жениха, — злорадно заявил призрак. — Я ему его на хранение отдал, когда к ближайшему кладбищу на разборки с тамошним смотрящим отправился. Возвращаюсь — ни Жениха, ни могилы его, ни перстня. Перстень для меня — как якорь. У каждого призрака есть место, куда он возвращается. Чаще всего это место смерти. Но мне там не нравится. Чего у своих костей круги наматывать? Вот и возвращаюсь туда, где перстень находится. А ты его сперла, сперла!
В голосе привидения звучала какая-то почти детская радость. Надо подпортить ему настроение. Я достала из кармана тот самый перстень и протянула своему собеседнику:
— Держи и проваливай!
Призрак шарахнулся от меня с воплем:
— Ты что, обалдела? Зачем он мне нужен в этом проклятущем лесу? Чтобы опять под деревом ворон соблазнять? Нет уж, пусть остается у тебя! А я к тебе по ночам приходить буду, пугать. Все ж какое-то развлечение… И в город смогу попасть. Ты ж из города, верно? Там уж я развернусь!
В глазах привидения разгорелись мечтательные огоньки. Очевидно, покойничку хотелось чего-то большего, чем вернуть украшение. Призрак подтвердил мою догадку:
— Знаешь, как здесь скучно? Не думал, что после смерти буду сходить с ума от тоски зеленой. Кстати, давай познакомимся — Федор, при жизни, кстати, известный криминальный авторитет в столице края был.
— Ух ты! Тот самый, который пропал года два назад? Помню-помню, громкая история была. Кажется, авария. Труп тогда так и не нашли, поэтому решили, что Федор за границу свалил.
— Да уж, за границу! — Призрак мрачно скривился. — Свои же и прикончили. Я тогда себе вертолет купил — ну для понту. Маленький — типа игрушки. Летать на нем выучился. И полетел в Тухту. Самостоятельно. Первый частный авиарейс в крае — это ж круто! А мои кореша перед вылетом чего-то там подпилили, и точняк над этим лесом вертолет рухнул. Друзья, называется! Тогда в столице передел сфер влияния шел, вот они меня и замочили. Помереть-то я помер, но почему-то привидением сделался. Сперва странно было, потом привык. С местной братвой познакомился. Да ладно, хватит обо мне. Ты-то кто и как сюда попала? В эту часть леса живым людям хода нет.
— Вера Цветкова — студентка, — отрекомендовалась я. — Призвана сюда для выполнения спецзадания потусторонних сил. Задание секретное, в подробности вдаваться не буду.
— Да я и не прошу, — махнуло рукой привидение. — Если ты мою просьбу выполнишь, так мне от тебя больше ничего и не надо. А если не выполнишь — по ночам являться буду…
— Ага, нервы трепать. Господи, ну что за жизнь? Не успеешь от одного призрака отвязаться, как уж второй грозится! Ладно, ты мне прямо скажи, че те надо?
— Понимаешь ли, по натуре-то я не сильно злопамятный. Но память у меня хорошая. Никак не могу забыть, как со мной мои кореша обошлись. Так что мне бы их навестить да отомстить. Я потому ведь и в Срединный промежуток уйти не могу, что, как вспомню их, падлу, руки по спусковому крючку и тоскуют! Возьми кольцо себе и езжай с ним в город. А я за тобой последую. Просто так я из лесу выйти не могу, а так повод есть — типа за перстнем. В городе я своих старых приятелей навещу. Дружественный визит, так сказать. — Призрак зловредно захихикал.
Что ж, вроде как просьба не обременительна, не сравнишь с требованиями демона из Бездны. К тому же если привидение своих корешей до смерти запугает, то оно просто выполнит ту задачу, с которой уже много лет не справляются милиция и прокуратура, — очистит город от криминальных элементов. Может, нам с ним еще медаль дадут «За охрану общественного порядка». Придя к этому выводу, я согласилась помочь новому знакомому.
Призрак довольно улыбнулся:
— Я знал, что мы найдем общий язык. Вот только не вздумай по приезде в город перстень сразу же продать.
— Это почему же? — возмутилась я, но не стала уточнять, что именно так и планировала поступить.
— Перстенек, в натуре, приметный, второго такого я никогда не видывал. Да и нет его, наверно, такого второго. Мне его лет десять назад в Сочах один двинутый «черный» археолог за долги отдал. Проигрался в казино, расплатился добычей, вырытой где-то под Краснодаром. В нашем городе этот перстень хорошо знают, он многим запомнился. Так что если его кто-то продать попытается, мои бывшие кореша вмиг об этом узнают и поймут, что продавец как минимум мои останки нашел. Неприятностей потом не оберешься. А мне твой труп не нужен совершенно.
В логике призраку не откажешь! Связываться с нашей мафией я и сама не хотела. Мне наверняка еще Турка не простили. Придется колечко попридержать. Или съездить с ним в Москву и там его продать.
