— Вы и есть господин Ройбуш, если я не ошибаюсь? Ваша комната готова, прошу пожаловать на второй этаж, зеленая дверь. — При этом он смотрел на старика с явным обожанием. — А это с вами… — служка перевел взгляд на Айвена и брезгливо сморщился.
— Сын моего лучшего друга, и мой, соответственно, тоже друг, — пояснил профессор.
Вор застыл соляным столбом, открыв рот от возмущения. Он стоит здесь во вполне приличном наряде, чисто вымыт, почти не мят и почти брит, а на него смотрят как на последнего бродягу! Тогда как историк словно с храмового крыльца только что слез: весь перепачканный, рукава рубахи разодраны, а одна штанина так и вовсе до колена оторвана, но встречают его, словно принца! Встряхнувшись, он ухватил своего спутника за руку и потащил в сторону лестницы.
— Вы что, знакомы с этим хлыщом? — прошептал он на ухо профессору.
— Впервые вижу, — так же тихо отозвался тот, — несколько дней назад я написал Мэту письмо и попросил снять для нас комнату в "Ручье". Наверное, он не поскупился и хорошо описал меня.
— Мэт? А кто это? — спросил вор, по привычке вскрывая замок гнутым гвоздем.
— Ключ, у меня же есть ключ — запоздало спохватился геомант, хлопая себя по карманам.
— Поздно, — дверь беззвучно раскрылась, и юноша шагнул во внутрь. — Так кто такой, этот ваш Мэт?
— Это я, — раздался впереди приятный глубокий голос, который вполне мог принадлежать менестрелю, — тень внутри кресла зашевелилась и оказалась молодым человеком в темных одеждах, — А вы, как я понимаю, и есть тот несчастный бедолага, который ухитрился поссориться с Даркилоном, схлопотать селеритовый клинок в живот и заполучить столь важную для Тьмы магическую Печать на руку?
"Был он умерен в еде и в питье. Умерен в одеяниях
и в своих страстях. И в делах политических был крайне
умерен. Оттого и прозвали его — Керим II Глупый…"
"Короли, князья и герцоги", малый справочник
правителей земель Амальгарских.
Айвен с нескрываемым интересом уставился на говорившего, изучая его с головы до ног. Мэт оказался несколько старше его самого. Примерно того же роста, черноволосый юноша с пронзительными черными глазами и тонкими напомаженными усиками, один из которых был заметно длиннее другого и топорщился вверх — увидав это, юноша сдавленно хихикнул. Одет он был в строгую "ученическую" куртку с нагрудным отворотом, которая была темно-синего цвета и с золотым шитьем в виде каких-то мистических символов. Белоснежная рубаха с кружевным воротничком, длинные рукава которой выглядывали из-под куртки, синие, опять же, брюки, на полтона темнее куртки и без шитья.
Несмотря на жару, куртка была плотно застегнута на все пуговицы, а на ногах Мэта красовались длинные мягкие сапожки, плотно обхватывающие его икры. Вор снова хихикнул — сапоги эти были белого цвета. Но не обнаружив на них ни единого пятнышка грязи, Айвен озадаченно нахмурился. И вообще, выглядел этот франт так, словно только что вышел из стригарни или модного салона — белоснежные сапоги и рубаха, нигде нет ни единой складочки, усы и брови аккуратно причесаны и блестят, словно смазанные гусиным жиром, да еще и пахнет от него как от цветочного сада зимой!
— Разрешите представиться, — коротко склонил голову щеголь, — Меня зовут Маттиуш дин'Ройбуш. Почетный член городской архитектурной коллегии, дипломант Имирского Магистериума и практик-геометр с перламутровым отличием.
— Ройбуш? Ты сказал Ройбуш? — Айвен уставился сначала на него, а потом на профессора, открыв в изумлении рот.
Словно кто-то в насмешку поставил перед ними лживое зеркало Локки. Старый и неопрятный, в своей изодранной одежде и перепачканный грязью господин Ройбуш, руки которого постоянно двигаются, а сам он и шагу не ступит, чтобы за что-нибудь не зацепиться и не удариться. Совершенно равнодушный не только к своему внешнему виду, но даже и к содержимому своей тарелки! Забывающий некоторые слова и постоянно за что-то извиняющийся.
А напротив — его полная противоположность. До рези в глазах аккуратный и подтянутый молодой человек лет двадцати восьми, не более. На одежде которого нет ни единого пятнышка или случайной складки — и это в белой-то рубахе и сапогах, да еще в такую жару! Который представился так, словно страницу из канцелярской книги прочел, а вставая из кресла сделал это исключительно быстро и ловко, даже не шевельнув шелковых кисточек, украшавших его подлокотники.
— Да-да, так и есть. Мэт — мой племянник. Собственно, с вашего позволения, единственный сын моего самого что ни на есть родного брата. Весьма перспективный и одаренный юноша, между прочим.
— Строитель, значит? — хмыкнул вор, протягивая руку. — А с виду и не скажешь.
— Э-э-э… С чего это вдруг? — открыв рот удивленно захлопал длинными ресницами молодой человек, став вдруг на один краткий миг похожим на своего дядюшку. Но фамильное сходство тут же улетучилось.
— Ну, архитектура там, геометрия…
— Ах вот в чем дело! Нет, я не строитель и даже не архитектор.
