Хотя я довольно часто возвращаюсь к мысли, что на региональном уровне методическая школа работает лучше, чем на всероссийском (по крайней мере это справедливо для моей области), я вовсе не хочу здесь воспевать деревенское учительство и периферию. В Курске и области тоже довольно много педагогики абсурда: проектная работа по выведению грамматического правила (что же будет в голове после творческого выведения эталонов для соблюдения?), склонность к драматизации при исключительно низком уровне владения языком вообще и так далее. Мне почему-то всегда вспоминается начало открытого урока немецкого языка, когда учительница предлагала детям при входе в кабинет выбрать из корзины яблоко. По цвету яблок дети затем распределились в группы для работы на уроке. Если учесть, что выбор яблока не известен заранее (возьмем идеальный вариант, когда урок не отрепетирован от и до), то мы делаем вывод о случайном распределении детей в группы. В то же время логично контролировать процесс формирования малых групп и создавать однородные группы на этапе освоения материала, чтобы сильные подтягивали слабых, и разноуровневые группы на завершающем этапе, когда учащиеся преобразуют полученные знания в конечный продукт посильного уровня сложности. Вопрос "Зачем?" или "С какой целью?" очень часто возникает при просмотре открытых уроков. Во многих случаях кажется, что учитель - это что-то вроде сельской барышни в театре: она надела всё лучшее по случаю, а получился моветон. Учитель показывает все модные или оригинальные штучки, а получается разнородная пестрота без единой картины. За странными приемами вроде раздачи яблок не видно добротного урока, а уж тем более сильного показательного педагогического спектакля. Зачастую и сам учитель своей фигурой не добавляет никакого положительного настроя: он либо слишком отрешен и зол, либо слишком провинциально задушевен. На мой взгляд, педагогическое мастерство без доли театрального в принципе невозможно, а наши учителя так часто переигрывают, недоигрывают или вовсе не играют от усталости и безденежья. Какими же все это делает нас в глазах наших учеников? Давайте поподробнее обратимся к этому в новой главе.
Я не МарьИванна, или давайте ломать стереотипы
Кого вы себе представляете, когда думаете об образе типичной русской учительницы? Какую-нибудь Марию Ивановну, которую все зовут исключительно МарьИванной? На ней надета юбка ниже колена, прямая, довольно широкая, возможно серая; блузка без особых примет, удобные растоптанные туфли на широких ступнях. Колготки слава Богу уже не нитяные, а все-таки капроновые, но цвет их не всегда по делу: они то мертвенно бледные, то непонятно загорелые. Макияжа немного и он довольно дешевый. Волосы либо короткие, либо убраны назад, возможно с не прокрашенными корнями. Этот совсем типичный и унылый образ имеет усовершенствованный вариант женщины-киборга. Такая учительница уже достойна уважения. Ей около сорока, она всегда в деловом костюме, в разумных, но стильных туфлях. Ее сумка, очки, пальто, ежедневник и телефон соответствуют ее имиджу. Она могла бы принадлежать сфере бизнеса, но сделала карьеру в образовании, причем относится она к образованию как к важному и серьезному механизму. Такая женщина не будет сюсюкаться с детьми и не выйдет на открытый урок русского языка с гармонью (когда-то уроки для "Учителя года" были именно такими спектаклями согласно воспоминаниям немолодых уже педагогов). Полюбуемся этой успешной учительницей и забудем о ней, чтобы вернуться к истинному предмету нашей главы - МарьИванне.
