На второй день публикации мы проснулись от множества новостей, большая часть которых была связана с развертыванием проекта Pegasus, а часть — нет. Не все новости были хорошими, особенно утренняя новость из Касабланки: Омар Ради был признан виновным в "подрыве внутренней безопасности государства" и изнасиловании и приговорен к шести годам тюрьмы. Омар продолжал заявлять о своей невиновности. Его семья и сторонники осуждали препятствование марокканским судом любой правдоподобной защите и неубедительные доказательства обвинения. После более чем годового пребывания в тюрьме, пока судебные разбирательства шли к своему неизбежному завершению, Омар находился в состоянии ухудшения здоровья и часто впадал в уныние. Трудно было представить, что он выйдет на свободу после еще шести лет заключения. А ведь именно на это явно рассчитывали король Мохаммед VI и его приближенные. Омара не просто заставили замолчать, его выставили в качестве примера того, что может случиться с каждым, кто попытается заняться независимой журналистикой в Марокко — с тем, кто "не проявляет должного уважения к королю".
Омара поддерживали журналистские фонды и общественные организации, члены которых находились на безопасном расстоянии от Королевства Марокко, но ни одно правительство нигде не заявило серьезного протеста. По имеющимся сведениям, госсекретарь США несколькими неделями ранее выразил общую озабоченность марокканским правительственным чиновникам по поводу плохой работы королевства в области прав человека и свободы прессы, но никто не разглашает, о чем шла речь за закрытыми дверями. Это напомнило мне слова Хадиджи Исмаиловой, сказанные ею после одного из арестов в Баку. Либо вставайте и защищайте свободу прессы и право на частную жизнь вслух, публично. Либо не утруждайте себя. "Я не хочу никакой частной дипломатии в моем деле", — заявила она в 2015 году. "Люди в моей стране должны знать, что права человека поддерживаются".
На той неделе отпор проекту "Пегас" был нанесен всеми ожидаемыми сторонами, причем лидировал Шалев. Временами он был настроен примирительно. "Компания заботится о журналистах, активистах и гражданском обществе в целом", — говорил он в интервью. "Если кто-то скажет, что я нашел лучший способ вычислить преступников, террористов, получить информацию от педофила, я полностью закрою Pegasus". Он подчеркнул свои тезисы: NSO — это компания по производству программного обеспечения, и она не управляет Pegasus; компания продает услуги только государственным структурам; у нее нет никакой реальной видимости целей своих клиентов; правительство Израиля регулирует все лицензии на систему Pegasus. Но по мере того как средства массовой информации по всему миру распространяли материалы, опубликованные нашим консорциумом в течение следующих четырех дней, и было ясно, что расследование будет иметь реальные последствия, реакция NSO становилась все более злой и заговорщицкой. Шалев заявил, что список номеров не имеет никакого отношения к НСО, а количество вариантов в списке — "безумие". Он сказал, что наша экспертиза была ошибочной, но не указал ни одной фактической ошибки в подробных отчетах, которые "Лаборатория безопасности" предоставила компании. Через три дня после публикации NSO опустила руки и разослала заявление в СМИ по всему миру: "Хватит. В свете недавней спланированной и хорошо организованной кампании в СМИ, возглавляемой Forbidden Stories и подталкиваемой группами особых интересов, а также в связи с полным игнорированием фактов, NSO объявляет, что больше не будет отвечать на запросы СМИ по этому вопросу".
К тому времени НСО и его защитники открыли свою книгу игр на избитой, часто используемой странице. Forbidden Stories и Amnesty International были либо лидерами, либо инструментами антиизраильского и антисемитского заговора, предположили они. Один из резервистов и киберспециалистов израильской армии заявил журналистам, что проект Pegasus — это "спланированная попытка навредить Израилю, очернив одну из его киберкомпаний". "Умышленной рукой", как назвал это Шалев, может быть пропалестинское движение BDS (Boycott, Divestment, Sanctions) или Катар. "Аль-Джазира", как я заметил, уделила много внимания [отчетам Pegasus Project]", — сказал один израильский профессор. "Я уверен, что [Министерство обороны] точно знает, кто за этим стоит".