"А еще было интересно посмотреть, как работает система уголовного правосудия. Вы находитесь в суде и видите всех этих людей, целую индустрию, поддерживаемую людьми, которых обвиняют в обыденных вещах, хакерстве или других видах преступлений: адвокаты, судьи, полиция и все, кто участвует в своеобразном конвейере правосудия. Это целая индустрия. Смотреть на то, как все это работает, было очень увлекательно.
"К счастью, все обошлось [без моего попадания в тюрьму]…. Но это был своего рода неустойчивый способ заниматься активизмом. Я пытался понять, как использовать некоторые из этих навыков в позитивном направлении".
Самостоятельный ученый-компьютерщик, но формально подготовленный химик с университетским образованием, Доннча разрывался между карьерой в области компьютеров и карьерой в области химии. Каждая из этих дисциплин отвечала его сверхъестественному любопытству, которое проявлялось в желании узнать, как все устроено, до самого корня. В обеих выбранных им областях исследований его метод заключается в том, чтобы разложить операционные системы на мельчайшие составные части, их код, а затем перекомбинировать эти части для новых, надеюсь, лучших целей. "Мне нравится заставлять компьютеры делать то, что не было задумано, и соединять вещи таким образом, чтобы получалось что-то новое", — говорит он. "А что такое химия? Это понимание того, что задумала природа. Это как взломать молекулы химии, чтобы создать что-то новое". Жизнь химика в лаборатории имела одно неоспоримое преимущество — меньше полицейских рейдов, допросов и обвинений, — но все дороги, казалось, вели к компьютерам.
Приехав в Берлин двадцатидвухлетним студентом колледжа, чтобы начать трехмесячный исследовательский проект по химии, Донча попал в страну обетованную хакеров и специалистов по компьютерной безопасности, в которой есть свой Моисей. "За год, прошедший с тех пор, как конопатый экс-подрядчик Агентства национальной безопасности Эдвард Сноуден прославился, его стали изображать в стрит-арте, инсталляциях, поп-песнях и спектаклях, — сообщает/жалуется Wall Street Journal, — не говоря уже о наклейках, постерах и магнитах на холодильник. В Германии, в частности, разоблачения подслушивающей деятельности АНБ затронули глубоко укоренившееся отвращение к всезнающему, всемогущему государству, что породило здесь культ Сноудена среди творческих личностей". Две недели в Берлине — и Донча знает тридцать разных кибергеев, сражающихся с нарастающей волной киберслежки.
Доннча вернулся в Берлин после окончания университета, летом 2015 года, через несколько недель после открытия на Александерплац бронзовых статуй в натуральную величину Эдварда Сноудена, Джулиана Ассанжа и Челси Мэннинг, американской разоблачительницы, опубликовавшей в Wikileaks сотни тысяч документов, часть из которых были секретными или секретными, а гораздо больше — просто позорными. Доннча находилась в Берлине на стажировке "Лето приватности" в Tor, некоммерческом предприятии по кибербезопасности. "Мы считаем, что каждый человек должен иметь возможность пользоваться интернетом в условиях конфиденциальности", — говорится в программном заявлении Tor. "Мы продвигаем права человека и защищаем вашу частную жизнь в Интернете с помощью свободного программного обеспечения и открытых сетей". Ему понравилась работа и ощущение цели, и он решил сделать Берлин своим домом. Его первая постоянная работа была связана с НПО, которая создавала цифровые инструменты, помогающие журналистам, правозащитникам и организациям гражданского общества, не имеющим достаточных ресурсов, бороться с кибератаками и государственной цензурой.
Среди берлинских киберпросветителей, с которыми познакомился Донча, был хакер в белой шляпе, возглавлявший отдел кибербезопасности Amnesty International. На самом деле Клаудио Гуарньери руководил отделом кибербезопасности Amnesty, играя в одинокую игру в жмурки, чтобы обеспечить хоть какую-то защиту правозащитникам, политическим диссидентам и журналистам, которые все чаще подвергались киберугрозе со стороны репрессивных и убийственных правительств по всему миру. В начале 2018 года Клаудио сообщил Доннче, что у Amnesty Tech освободились деньги для найма второго исследователя угроз. "Я немного подумал, — говорит Доннча, — а потом сказал: "Хорошо, это как раз соответствует моим навыкам".