Доктор бросил на него обиженный взгляд, но безропотно продолжил:
— Служанка Кассия провела меня прямо в спальню. Она сказала, что очень рада моему приходу, потому что утром, когда она принесла чай и постучалась в дверь, ей никто не ответил, а дверь была заперта изнутри. А когда госпожа И запиралась изнутри, это всегда означало, что она накануне плохо спала и пребывает в подавленном состоянии. Я пообещал дать ей успокоительное, постучал в дверь и крикнул, что пришел ее навестить. Повторив это несколько раз и не получив никакого ответа, я испугался, что ночью ей стало плохо и необходимо принять срочные меры. Я попросил служанку позвать сына, чтобы тот взломал запор.
Доктор потрогал свою жидкую бороденку и сокрушенно покачал головой.
— Она повесилась на центральной балке, ваша честь. Мы сразу же перерезали веревку, но тело было холодным и уже окоченело. Невидимому, она подтащила туалетный столик в центр комнаты, а поскольку на полу валялся перевернутый стул, очевидно, поставила его на стол, взобралась на него, накинула петлю на шею и оттолкнула стул. Она скончалась сразу, поскольку я обнаружил, что шея у нее сломана. Как лечащий врач, я заключил бы, ваша честь, что это было самоубийство в состоянии временной невменяемости.
— Благодарю вас. Ступайте к судебному врачу. Возможно, он пожелает задать вам какие-то вопросы.
Когда доктор Лю скрылся в помещении, судья Ди сказал трем своим помощникам:
— Пока они там заняты своим делом, давайте-ка осмотрим галерею еще раз. При дневном свете мы можем обнаружить улики, которых не заметили прошлой ночью. Где этот привратник? — Ди хлопнул в ладоши. Поскольку никто не появился, он сказал: — Ладно, кажется, я и сам помню дорогу.
Он провел их по пустым коридорам и, всего лишь раз сбившись с пути, вывел к лестнице, выходящей на галерею. Судья Ди шел первым, за ним следовал Дао Гань. Увидев, что все шторы опущены, судья сказал ему:
— Подними-ка их…
Его прервал громкий возглас Ма Жуна. Он застыл на месте, ошарашенно глядя на галерею.
— Что с тобой? — недовольно спросил Цзяо Тай.
— Это именно та галерея, которую я видел на «живых картинках» у Юаня! — воскликнул Ма Жун. — На той сцене, когда мужчина в черном хлещет женщину розгами! — Он взволнованно указал на портик. — Только кровать стояла вон там, в центре. Женщина была привязана к ней, лицом вниз.
— О чем ты говоришь? — удивленно спросил судья. — Кто такой Юань?
Ма Жун сдвинул шлем и почесал лоб.
— Это длинная история… — начал он.
— В таком случае давайте присядем, — прервал его судья. — Только сначала подними шторы, Дао Гань. Здесь невозможно дышать.
Когда они присели на лежанку, Ма Жун во всех подробностях рассказал о кукольнике и его «живых картинках».
— И в завершение, — сказал он, — Юань показал мне вторую сцену с домом у реки. Я видел ее совсем недолго, потому что как раз тогда свеча в коробке догорела. А прошлой ночью, когда я стоял на мосту, мне не удалось как следует рассмотреть особняк Ху из-за темноты. Но теперь-то я его узнаю. — Указав в окно, он добавил: — Вторая сцена, которую показал мне Юань, изображала именно дом Ху.
Судья Ди обернулся и взглянул в окно, задумчиво покручивая усы. Потом хмуро сказал Ма Жуну:
— Это может означать только одно: Юань знал, что шесть лет назад И запорол до смерти свою наложницу и что Ху также как-то был причастен к этому мерзкому преступлению. Поскольку его дочь сообщила тебе, что ее отец был в услужении у Ху, не исключено, что Юань мог быть даже свидетелем происшедшего. Ты должен отыскать этого кукольника, Ма Жун. Мне нужно с ним побеседовать.
— Я постараюсь сделать все, что в моих силах, ваша честь! — довольно улыбнулся Ма Жун.
Судья Ди поднялся.
— Я хотел бы, чтобы вы с Цзяо Таем взглянули на балкон и высказали свое мнение. Правильно ли мне кажется, что только хорошо тренированный человек мог взобраться на него?
Два друга направились к окнам, а судья с Дао Ганем начали прохаживаться взад-вперед по галерее, заглядывая во все закоулки.
Ма Жун и Цзяо Тай немного посовещались, потом подошли к судье.
— Взобраться по одной из этих колонн, ваша честь, — сказал Цзяо Тай, — не составляет особого труда. Но вот перелезть через выступ — совсем другое дело. Вы, должно быть, заметили, что выступ выдается над колоннами примерно на один чи, а от выступа до подоконника еще три чи, и там совершенно не за что ухватиться. Чтобы проникнуть внутрь таким способом, требуются и сила, и ловкость. Это вполне мог сделать охотник, привыкший взбираться на деревья. Но при этом он еще должен быть высокого роста.
— Ху невысокий, но я обратил внимание, что руки у него длинные, как у обезьяны, — принялся размышлять вслух судья. — Поэтому я бы…
Дао Гань потянул его за рукав.
— Вчера вечером я кое-что упустил, ваша честь! — огорченно сказал помощник и указал на панельную обшивку.
Одна из дощечек возле кровати слегка отходила от стены.
— Это даже не потайная дверь, — продолжал Дао Гань. — Здесь имеется обычная ручка. Но все эти дощечки выглядят одинаково, а поскольку было полутемно…
— Неважно, — оборвал его судья. — Давай заглянем внутрь!
