Robert van GulikDEE GOONG AN (CELEBRATED CASES OF JUDGE DEE)Судья Ди снова занят распутыванием сложных и загадочных преступлений. И, как всегда, нескольких одновременно — убийства двух торговцев шелком, один из которых оказывается не тем, за кого его принимают, и загадочной смерти молодой жены в первую брачную ночь. А еще есть подозрение, что одна красавица-вдова в свое время помогла своему нелюбимому мужу отправиться в иной мир — только как это доказать?Именно с этого романа Роберт ван Гулик начал свой знаменитый цикл историй о судье Ди.Дизайнер обложки Александр Андрейчук.Художник Екатерина Скворцова.
Многие годы западные писатели детективной литературы время от времени пытались вводить в свои книги «китайский элемент». Тайны самого Китая или китайских кварталов в некоторых зарубежных городах зачастую использовались как средство для привнесения в сюжет мистической и экзотической атмосферы. Суперпреступники, такие как доктор Фу Манчи Сакса Ромера, или суперсыщики, подобные китайскому полицейскому Чарли Чену Эрла Д. Биггерса, стали почти так же известны нашим читателям, как гроза полиции великий лорд Листер или сам бессмертный Шерлок Холмс.
Поскольку китайцев в большинстве случаев в нашей популярной детективной литературе представляли в ложном свете, то будет вполне справедливым на сей раз дать им возможность самим поведать свои истории, тем паче что данное направление в литературе было прекрасно развито в Китае за десятки столетий до того, как на свет родились Эдгар Аллан По и Артур Конан Дойл.
Короткие новеллы о таинственных злодеяниях и разоблачениях преступников создавались в Китае уже более тысячи лет тому назад, а знаменитые сыщики, фигурировавшие в них, воспевались в рассказах бродячих сказителей и в театральных пьесах на протяжении многих веков. Более крупные образцы китайского детективного жанра появились позднее, около 1600 года, расцвет их пришелся на XVIII и XIX столетия. Длинные детективные истории были и до сих пор остаются популярными в Китае. Даже сегодня имена великих сыщиков древних времен знает и любит вся страна, они хорошо знакомы как старикам, так и молодежи.
Насколько мне известно, ни одна из таких китайских детективных историй даже не была полностью опубликована на английском языке. Случайные выдержки или переводы фрагментов появлялись в китаеведческих журналах, и несколько лет назад Винсент Старретт опубликовал краткий, но очень недурной обзор нескольких наиболее известных из этих романов под названием «Праздник книгочея» (Bookman’s Holiday, New York, 1942). Отсюда следует, что западным студентам китайский детективный роман малодоступен; хотя наиболее известные китайские исторические новеллы и «romans de moeurs»[1] изданы в прекрасных и полных переводах.
Причина такого положения дел, наверное, в том, что эти китайские детективные романы не слишком привлекательны для широких слоев западных читателей, хотя, как правило, они хорошо написаны и весьма интересны для студента-китаиста. За свою долгую историю китайский детективный роман приобрел характерные черты. Эти романы, разумеется, вполне удовлетворяют вкусы местных читателей. Но китайские требования, предъявляемые к детективной истории, весьма сильно отличаются от европейских, и поэтому эти романы могут разочаровать наших любителей детективных историй, которые ценят их как развлекательное чтение.
Китайские детективные истории имеют пять основных признаков, малоприемлемых для нас.
Во-первых, преступник, как правило, официально представляется читателю в самом начале книги: дается его полное имя, история жизни и причина, побудившая его совершить преступление. Китаец хочет получить от чтения детективного романа такое же чисто интеллектуальное наслаждение, какое он получает, наблюдая за игрой в шахматы: поскольку изначальная позиция обеих сторон известна, то интерес представляют каждый ход сыщика и контрмеры, предпринимаемые преступником, а в конце этой игры неизбежно следует «шах и мат», то есть полное поражение преступника. Мы же, напротив, любим строить догадки, а для этого личность преступника должна быть окутана тайной до последней страницы книги. Таким образом, в большинстве китайских детективов элемент подозрения отсутствует. Читатель с первых страниц узнает ответ на вопрос, который представляет для нас основной интерес: «Кто совершил преступление?»
Во-вторых, китайцам присуща некая врожденная любовь к сверхъестественному. Духи, призраки и демоны привольно разгуливают по страницам большинства китайских детективных историй; животные и кухонная утварь могут представать свидетелями в суде, а сыщик порой не отказывает себе в удовольствии совершить небольшую экскурсию в царство мертвых, дабы обменяться мнениями с судьями китайского Загробного мира. Это противоречит нашему принципу, предполагающему, что детективный роман должен быть как можно более реалистичным.
