Страшный приказ – но под ее безжалостным взглядом там, в библиотеке, он повиновался. Она доказала, что готова пролить за правое дело собственную кровь. И сейчас, глядя на нее, Тодор чувствовал, как гнев рассеивается, сменяясь смятением.
Великий инквизитор прибыла час назад, после бегства из Святой Палаты в Сан-Себастьяне. Как видно, о том, чтобы скрыть свою личность от нижних чинов ордена, она больше не думала, и одно это доказывало серьезность момента. Она обвела взглядом лабораторию; в сияющих глазах читался сразу и праведный гнев, и торжество. Позади нее толпились, стараясь заглянуть внутрь, другие люди – все высшие чины ордена: собрались как свидетели того, что скоро здесь произойдет.
Тодор отвернулся и бросил взгляд за стекло, в соседнее помещение. На сотню мягко сияющих в полумраке сфер «Генезиса». В каждой заключен демон, обитающий под черным солнцем, – демон с жуткой усмешкой и огнем в глазах. А на столе у него за спиной, рядом с коленопреклоненным Мендозой, покоится то адское устройство, что поставило Париж на край гибели.
Взгляд Герры остановился на Тодоре.
Она тепло улыбнулась ему. Протянув руку, погладила сжатый кулак – и его пальцы невольно расслабились. Тодор не мог противиться себе: на ее любовь он отвечал любовью.
–
Его ноги задрожали: он готов был упасть на колени, однако усилием воли заставил себя стоять.
–
В улыбке Герры появилась грусть.
– Отчасти так,
Тут она положила руку на плечо Мендозе и кивнула ему, желая, чтобы компьютерщик продолжил объяснение.
– Мы… мы встроили в каждое устройство потайной ход. Возможность освободиться. И все их контролирует управляющая программа.
Кровь отхлынула от лица Тодора; невидящими глазами смотрел он на монитор, на огненного ангела в адском саду.
А Великий инквизитор продолжала:
– Если мир не уничтожит себя своими руками, это сделаем мы. Темное воинство останется нашим. Стоит приказать – и «Тигель» будет править миром!
Потрясенный этим планом, Тодор наконец пал на колени и склонил голову, стыдясь, что хоть на миг мог усомниться в мудрости и верности руководителя.
–
Вдруг где-то над головой пронзительно взвыли сирены. Раздался грохот, эхом отдающийся в каменных стенах.
Выстрелы.
Тодор вскочил на ноги, устремив взгляд вверх.
Герра, спокойная и бесстрастная, по-прежнему не сводила глаз с сотни устройств в соседней комнате. Не оборачиваясь, жестом подозвала Мендозу.
– Освободи их! – приказала она. – Выпускай темное воинство Господне!
Грей прыгнул прямо в гущу сражения.
Их тактический «чоппер» приземлился посреди мощеного двора замка и включил огни. Ослепительный свет залил темные стены. Гремели выстрелы, виднелись вспышки, из нескольких разбитых окон тянуло дымком. В воздухе витала вонь слезоточивого газа.
То оттуда, то отсюда доносились звуки ружейного огня: спецназовцы зачищали здание.
Еще один вертолет облетал кругом высокую колокольню. Бойцы вели огонь с борта, снимая снайперов. Лопались оконные рамы, вылетали стекла, щепки, обломки кирпичей и осколки стекла осыпали мощеный двор. Одна пуля попала в колокол, и над замком поплыл тревожный гул.
Пара крупных белоснежных псов выбежала через открытые ворота и устремилась на волю, в горы.
– Сюда! – крикнул боец из покореженного дверного проема.
Сабала повел их через открытый двор. Грея и его команду окружала вооруженная фаланга спецназовцев. В руке Грей сжимал «зиг-зауэр», Ковальски шел, вскинув винтовку, прижимаясь щекой к прикладу. Отец Бейли и сестра Беатриса двигались быстрым шагом, пригнувшись; оружия у них не было.
Без приключений они переступили порог и попали в просторный полутемный холл. В огромном камине горел огонь – и, словно его отражение, пылали с другой стороны книжные полки. Огонь прокладывал себе путь в библиотеку, пробирался по обшитым деревом стенам, пожирал полотна старых мастеров. Между стропилами клубился густой дым.
– Сюда! – позвал кто-то из спецназовцев. – Мы кое-что нашли.
И торопливо повел всех прочь из объятого пожаром холла вниз по холодным каменным ступеням.
Спустились в подвал: здесь еще двое солдат стояли на страже у выбитой взрывом двери.
Откуда-то слева раздались новые выстрелы.
