– Давно не садился за руль автобуса? – переходя сразу к делу, задал интересующий его вопрос Кристоф.
– Лет пять точно. Но без проблем справлюсь с любой техникой.
– Отлично. У вокзала стоит автобус с детьми. Их сейчас выведут и проводят сразу в катакомбы. Ты бери любого свободного от вахты бойца, я сообщу сержанту об этом, и быстренько езжайте на этом автобусе в ближайший римский интернат. Априлия слишком далеко и в приют Святого Антония вам, скорее всего, уже не успеть. Забираете детей, сколько сможете увезти, и пулей обратно. Приказ понял?
– Так точно, господин капитан! – Пикар вытянулся по стойке смирно.
Несколько непривычно для самого себя, Кристоф положил правую руку на плечо гвардейца.
– Не подведите меня, рядовой…
– Есть, капитан. Не подведу!
Рядовой Пикар лихо крутанулся на каблуке и поспешно удалился в направлении казармы. Еще несколько секунд Леманн смотрел ему вслед, задумчиво перебирая в уме детали своего неоднозначного поступка. Затем энергично тряхнул головой, отгоняя сомнительные мысли прочь, и продолжил путь к библиотеке.
Проходя мимо большого золотистого шара, он, не замедляя шага, коснулся рукой теплого металла. Это простейшее, подсознательное движение неожиданно добавило ему уверенности в предстоящем разговоре. Видимо, мозг сам искал нечто простое, что может взбодрить и порадовать душу. Но буквально через секунду Кристоф замер…
Внезапная мысль ужалила разум и смертельной отравой растеклась по клеткам. Она впрыснутым ядом мгновенно испортила и так не самое радостное настроение. Все разрозненные факторы сошлись в один плотно переплетенный клубок, который до противных мурашек пугал даже его. Боясь распутать этот очень странный сгусток мыслей и превратить его в прямую логическую цепочку, Кристоф взял себя в руки. Прямых фактов у него еще нет, а думать гипотетически он не очень любил.
Заходя в библиотеку, он не сдержался и внутренне улыбнулся, а неприятные размышления мгновенно отошли на второй план. Любой человек еще на входе во внутренние помещения Ватиканской библиотеки мгновенно попадал под волшебное очарование этого чудотворного водопада.
Необычайно яркое, до трепетной дрожи в коленях, сочетание изящной красоты и божественной монументальности повергало каждого в приятный душевный шок. Каждый сантиметр вокруг буквально пропитан одухотворенной красотой и великим таинством. Восхищающая величием архитектура, поражающие своим великолепием сводчатые потолки, колонны, украшенные многочисленными ликами святых, любая деталь, превращенная в отдельное произведение высочайшего искусства. Чудесные мозаики и тончайшие фрески, блистающие в своем великолепии картины и барельефы – все это выглядело прекрасно и органично, без лишнего пафоса и надменной помпезности.
Не останавливаясь перед всей этой красотой, капитан проследовал в правое крыло, прямо к кабинету кардинала Томазо. Стоящий у двери (на своем постоянном посту) гвардеец отдал ему честь и снова замер. В ответном жесте Леманн приветствовал бойца и вежливо постучал по двери костяшкой указательного пальца.
– Входите, – раздался из-за двери сухой, но крепкий голос кардинала.
Капитан решительно распахнул мощную, обитую чеканным железом дверь и прошел внутрь.
– Знал, что ты придешь…
С отеческой улыбкой на губах кардинал поднялся со своего кресла и шагнул навстречу Леманну. Его движения были достаточно неспешны, но в них чувствовалась внутренняя сила и властность.
– У нас не так много времени, но давай присядем и поговорим, – гостеприимным движением руки кардинал указал на небольшой диванчик у стены.
Они одновременно сели на обитый темно-зеленым бархатом диван и замерли в ожидании, кто заговорит первым.
– Я догадываюсь, какие вопросы привели тебя ко мне, – на правах хозяина начал разговор кардинал. – Спрашивай, постараюсь на них ответить.
– Что случилось и почему пришел только один автобус? – без долгих хождений кругами, сразу в лоб спросил Леманн.
Несколько долгих секунд кардинал с усилием массировал лоб, будто усердно размышлял, что можно сказать швейцарцу, а чего говорить не стоит.
– Я отменил автобусы. Так решил совет…
В этот момент в голове капитана взорвалась граната, а пресловутый клубок начал с огромной скоростью раскручиваться в отвратительную спираль.
– Как это? – только и смог вымолвить он, едва дыша.
– Да, возможно, это сложно понять и принять. Но неотвратимость надвигающейся катастрофы вынуждает нас на неординарные и, возможно, не самые правильные, с точки зрения простого человека, действия.
– Не понимаю, – медленно покачивая головой, пробормотал капитан.
– Я сейчас объясню.
Заглядывая Леманну в глаза, отец Томазо хотел дружески накрыть рукой ладонь капитана, но тот резко убрал ее за спину.
– На мгновение давай представим, что катастрофа уже случилась и мир погрузился в страшный кошмар. Что будет потом? После этого… Когда выжившие выйдут из укрытий и выберутся из-под земли на свет Божий. Как ты думаешь?
– Хаос, – с эмоцией ожившего робота, находясь в полнейшей прострации, автоматически ответил Леманн.
