Никогда нельзя играть с темными силами. Невозможно обыграть того, кто придумал правила игры. И по незнанию однажды ступив на этот скользкий путь, невозможно избежать расплаты. Мирра, с виду обычная молодая девушка, пошла на поводу у красавчика Риза и забрела на опасный путь. То, что случилось полтора года назад, теперь неизбежно изменит её жизнь. И что выберет девушка? Добро или же зло? Определиться всегда так сложно, ведь тьма соблазняет.
— Идем, Мирра. У меня для тебя есть сюрприз, — Риз обнимал меня за талию, подталкивая к странному дому. Ставни были закрыты, цветы в саду, даже несмотря на лето, были засушены.
— Ты уверен, что нам сюда? — я попыталась отодвинуться немного, но Риз снова подтолкнул меня.
— Уверен, идём, крошка.
Когда мы подошли, ворота сами раскрылись, издавая жуткий скрежет, от которого мне захотелось зажать уши.
— Нас уже ждут, — сказал парень, улыбаясь какой-то безумной улыбкой, — это замечательно.
— У них камеры, что ли? — я вертела головой, пытаясь обнаружить видеонаблюдение.
— Да, — проговорил он и провел меня в ворота. — Они всегда наблюдают.
Мы вошли в дом, всё было более-менее цивилизованно, не было приведений, паутины, как в фильмах ужаса, не было даже пыли. Риз прижал меня к перилам лестницы и крепко поцеловал. Я услышала шаги за спиной, но прежде чем успела обернуться, к моему лицу прижали платок со сладковатым запахом. Первый же вдох дал понять, что ткань пропитали хлороформом.
«Этот мерзавец собрался что-то сделать со мной», — это была последняя мысль, посетившая мой мозг, прежде чем я начала оседать и мир погрузился во тьму. Лицо Риза мелькнуло перед глазами, когда он поймал меня, а потом стало темно и холодно.
Я очнулась на столе. Меня распяли, как на кресте. Тело едва прикрывала черная шелковая накидка. Я повертела головой, не понимая, где нахожусь. Попыталась высвободить руки, но ничего не вышло. Кожаные ремни только сильнее впились в кожу. Страх быстро завладевал мной, мерзкими щупальцами пробираясь под кожу. Я была одна в помещении. Но, как оказалось, не долго.
Наверху скрипнула дверь, и шестеро человек в черных мантиях стали спускаться. Они все разошлись вокруг меня, и один из этих людей сдернул с меня накидку. От ужаса я даже не могла закричать. Будто парализованная, наблюдала, как они краской из старого кубка рисуют на моём теле символы. Из всех этих символом мне была знакома только пятиконечная звезда. Это защитная пентаграмма, но вот от чего меня будут защищать? Или от кого?
Они закончили расписывать моё тело, а в воздухе витал специфический запах, который невозможно ни с чем спутать. И, даже несмотря на темноту, до меня дошло, что это не просто краска. Это была кровь, и, судя по порезам на руках, — моя кровь. Я снова попыталась вырваться, но ровным счетом ничего не добилась. Я не видела ни одного лица, у всех шести человек капюшоны были низко опущены на глаза. Присутствующие разошлись, встав с пяти сторон от меня, а шестой занес кинжал надо мной. Глаза мои округлились, но кричать я по-прежнему не могла, да и смысла уже не видела. Меня раздели и привязали в каком-то подвале, где никто не услышит мои крики. Они начали что-то бубнить, шестой медленно сдвинул рукав в сторону, и я узнала татуировку на запястье. Красный скорпион был мне знаком. Мы с Ризом тогда сделали одинаковые тату, будто обменялись клятвами. На моей руке был такой же.
— Риз? — я даже не поняла, откуда у меня взялся голос. — Риз, что здесь происходит?
Но мужчина не ответил на мой вопрос. Он полоснул ножом себя по запястью, разрезая того самого скорпиона на две части. Мне на грудь закапала его кровь, и, когда я снова попыталась закричать, мне будто сдавили горло. Пламя на свечах заколебалось и погасло. Всё помещение погрузилось во мрак, а когда свечи вспыхнули, на ступеньках сидел мужчина. Одет он был обычно, вот только от одного взгляда на него волоски у меня на руках встали дыбом. Он взглянул на меня, и его губы искривила усмешка, а глаза синего цвета будто видели меня насквозь, заставив почувствовать себя ещё более обнаженной. Хотя куда уж больше? Он поднялся со ступенек и подошел к «черным балахонам».
— Ри-и-и-з, ты играешь с огнём, — от его тягучего голоса меня насквозь пробрало холодом, а мужчина продолжал обходить одного за другим «ряженых». — Не каждому можно вызывать меня безнаказанно. Тем более в такие неспокойные времена.
— Господин, — Риз опустился на колени перед ним, — мы приносим тебе жертву. Эта девушка послужит тебе хорошим подношением.
Синие глаза обратились ко мне, и он медленно подошел. Холодный палец обвел обнаженный сосок, выпачкав его в крови Риза. Я попыталась отодвинуться, но не могла даже шевельнуться. Расширенными глазами я рассматривала вновь прибывшего. Он наклонился, и его язык обжег холодом мой живот. В тот момент меня заботили ощущения, и я даже не подумала, что он таким способом попробовал мою кровь.
— Да, Риз, это достойное подношение, — он отвернулся от меня и скинул капюшон с моего парня. — А что же ты хочешь взамен?
Мне хотелось рыдать, когда я увидела, как забегали глаза у Риза. Я прямо слышала, как он подсчитывает выгоды, и, видимо, не только я заметила это. Губы блондина скривились, и он посмотрел на Риза, как на плесень под ногами.
— Я хочу обладать властью. Ну, не знаю, возможно, стать мэром города или даже президентом.
— Да, Риз, — мужчина рассмеялся, — ты не отличаешься скромностью, но тогда этой девчонки недостаточно.
