- Тварь! Будь в сарае! – заорал я, испугавшись, что питомица ненароком попадёт под огонь. Горгонзола меня послушалась и спокойно смотрела на меня из проёма двери, вывесив набок язык. А Скоков, пока Дырн и Ирина палили в окна, вскочил и быстро подбежал к стене дома. Махнул Дырну и тот заорал:
- Сдавайтесь, сволочи! Иначе всех убьём!
Вместо ответа из окна опять пальнули. И тогда Скоков, изогнувшись вдоль стены, закинул внутрь гранату. А сам побежал ко входной двери. И только внутри бахнуло, Иваныч высадил ногой дверь, кинул туда вторую гранату и спрятался за стеной. Внутри опять взорвалось, и бывший следователь осторожно заглянул внутрь. Дырн был рядом, а Ирина обежала дом по дуге и смотрела оттуда за окнами. Я понял, что сделал она это для того, чтобы никто не выскочил и не убежал. Подошёл к девушке и встал рядом, держа ружьё наизготовку. Что там делали Скоков и гмур я уже не видел, но через пару минут раздалось несколько выстрелов, а бывший следователь закричал в окно, выходящее к нам:
- Идите внутрь!
Мы с Ириной вошли в дом, и я поморщился от запаха гари. Дымок внутри уже рассеивался, но запах был ужасный. Изба была из одной комнаты с печью посередине. На полу лежали два тела в лужах крови, а третий – живой – сидел связанный, прислоненный к печи. Перед ним на корточках стоял Дырн и что-то спрашивал, внимательно выслушивая ответы. И пленный и убитые были в красных плащах. Гмур повернулся к моей девушке и произнёс:
- Спящие, как мы и предполагали!
- Это что за спящие? – спросил я Ирину. Та повернулась к Дырну и распорядилась:
- Проводи экспресс-допрос. Андрей Иванович, я попрошу вас присутствовать, чтобы понять, говорит ли он правду. Об этой вашей способности я тоже знаю, - потом взяла меня за руку и вывела на улицу. И тут я услышал в доме дикий, нечеловеческий вопль. Дёрнулся, хотел было ворваться внутрь, но Ирина удержала и сказала: - Будь здесь! Покури, а я расскажу, кто такие «спящие».
Я испуганно глянул на входную дверь, но послушался, присел на поленницу, достал папиросы и закурил. А Ирина села рядом:
- Так уж случилось, что некоторые люди, альфилы и грыли образовали что-то вроде тайного ордена и назвали его «Спящие».
Девушка посмотрела на меня, раздумывая, что сказать, и спросила:
- Что ты слышал об аэтерах и орижах?
- Что это исконные расы Терры. Но когда стали появляться попаданцы – они куда-то исчезли.
- Ну, если вкратце, то верно, - кивнула Ирина, - И вот Спящие решили, что нужно вернуть изначальные расы. Они их боготворят и им поклоняются. Хотя…
Девушка поморщилась:
- Из того, что мы узнаём – расы эти были так себе. Приносили в жертву разумных, использовали некромантию и прочие мерзости. Хотя, колдунами были отменными. Так что поклоняться им – то ещё занятие.
- А как они решили вернуть изначальные расы? – спросил я, затягиваясь. Тварь подошла в своём обычном облике, села рядом, и я машинально её погладил.
- Если бы мы знали, всё было бы намного проще, - вздохнула Ирина.
- А почему они в красных плащах?
- Так кожа аэтеров была красной, - удивлённо глянула на меня девушка, - Не знал?
- Да я вообще про них неделю назад первый раз услышал, - признался я.
Бобо встретил нас на стоянке, Дырну и Иванычу пожал руку, а мне почтительно поклонился и произнёс:
- Я рад видеть в добром здравии хамида народа тырков!
- Перестань, Бобо, - смущённо ответил я. И тут увидел глаза Скокова. Они у него были круглыми, как у белочки из анекдота. О чём я тут же и сообщил бывшему следователю.
- Это что за анекдот такой? – подозрительно спросил Иваныч.
- Про зайца, который идёт по лесу, видит глаза огромные в кустах и говорит: «Привет, сова!». А из кустов: «Я не сова, я белочка!». «А отчего глаза такие круглые?» - удивляется заяц. «А я какаю!» - отвечает белочка.
После моего рассказа никто почему-то не засмеялся. И только Скоков проговорил задумчиво:
- Смешно-с…
Вообще, после возвращения из избы, где произошло короткое, но яростное столкновение со Спящими, говорили мы мало. После экспресс-допроса Дырн и Иваныч вытащили связанного мужика в красной сутане и застрелили прямо во дворе. Ирина распорядилась провести обыск, и мы целый час искали всё, что можно. Нашли какие-то бумаги, которые гмур запихнул в сумку. Нашли амулеты, колбы. Амулеты забрали. Колбы, после недолгого раздумья, Ирина просто-напросто побила. Но удивил моих друзей бывший следователь. Иваныч не просто искал, а делал это с большим опытом. Простукивал стены, полы. В итоге нашёл два тайника. В одном была странная шкатулка из чёрного материала. Во втором – два ножа с изогнутыми лезвиями, чёрный камень в виде четырёхконечной звезды и потрёпанная тетрадь.
Когда мы вышли на улицу – совсем уже стемнело, и по лесу пришлось идти в кромешном мраке. Дырна мы оставили в засаде возле избы. И на стоянку изыскателей притопали под утро, уставшие и издёрганные. Может, потому никто и не засмеялся над моим смешным анекдотом. А Скоков после своего «смешно-с» добавил: