Началось все просто: я проснулся, наспех перекусил, ощущая необыкновенно сильную тоску по простому ржаному свежеиспеченному хлебу, проверил участок на предмет опасности и вскоре уже выезжал из поселка, проехав под поднятым шлагбаумом. Рядом с кофе в подстаканнике лежал блокнот, где были указаны самые важные для меня сегодняшние цели.
Цель первая: раздобыть побольше бензина. Пустые канистры, обрезок шланга и кое-какой инструмент лежали в багажнике.
Цель вторая: отыскать в родном поселке как можно ближе ко мне непобитую машину на ходу и доставить технику к себе на участок.
Цель третья: заехать в небольшую деревушку в двадцати семи километрах от моего поселка и передать кое-какие лекарства от простуды и температуры. Семья из шести человек, мудро разделившихся на два двора, вышли на связь. На всю семью был один мужик, но уже два дня он как уехал поискать лекарств и больше на связь не выходит. Измотанная ожиданием и болезнями детей женщина набрела в сети на наш чат и попросила о помощи. Отказать было никак нельзя. И цель эта у меня в блокноте располагалась под пунктом номер три не по степени важности — просто я узнал о ней уже утром и записал последней, добавив адрес и телефон. Кроме лекарств я прихватил с собой деревянный ящик из-под овощей, забив его консервами, макаронами и не без странной мстительной радости навалив сверху десяток пакетов гречки. Ведь я так старательно ее закупал, а есть не ем, предпочитая макароны… Подумав, добавил к продуктам пару бутылок хорошей водки и совсем не полезных сладких газировок — колу, фанту, тархун и все прочее, выбрав из ряда стоящих вдоль стен бутылок.
К своему истовому краткому ужасу внезапно ощутил укол жгучей жадности, когда укладывал во второй ящик седьмую по счету бутылку Кока-Колы. Типа зачем им столько, хватит и трех, да и гречки я что-то многовато им отвалил…
И сразу завязался мысленный диалог, где я общался сам с собой, но при этом мне отвечал совсем незнакомый неприятный голос…
«Привезешь столько продуктов — сразу все и съедят, не сберегут на черный день. Потом вези снова. Так и привыкнут».
«К чему привыкнут, твою мать? Там дети! Взаперти! Их хоть чем-то порадовать надо. Еще и мужик куда-то пропал…»
Неприятный голос в голове удивился:
«Ну а я-то тут причем? Я ведь никак не виноват в их трудностях, верно?»
«Да не в виноватости дело! Людям помогать надо!»
«Всем помогать — помогалка сломается. Надо же и меру знать…»
Да ну на!
Охренеть… да что со мной такое?
Назло «жадному себе» я добавил в посылку еще и фруктовых консерв: персики, ананасы, манговое пюре.
Все загрузил, закрепил, чтобы не моталось и не громыхало, проверил оружие и выехал, поглядывая на блокнот. На самом деле задач у меня сегодня куда больше. А эти три самые важные на сегодня.
Остальные цели у меня были «вечными» и на каждый день: патроны, оружие, еда, медикаменты, инструменты и все то прочее, что никогда не бывает лишним. Плюс работа на участке и под домом.
День начинался ветрено, моросил почти незаметный дождь, дворники лениво ерзали по ветровухе, пустая знакомая дорога быстро уходила под колеса. Где-то через километров пять, когда я уже ехал по асфальту, навстречу одна за другой прошли две машины: пассажирский автобус и следующий за ним фургон. Машины летели под сто, я подался в сторону на узковатой дороге и получил взамен несколько благодарных гудков. Судя по направлению, они шли от Москвы на юг, а вот куда, зачем и сколько их там — это я узнаю вряд ли. Но как-то даже радостно, что я не совсем одинок в этом внезапно опустевшем мире.
Вырвавшись из зоны моросящего дождя, свернул на грунтовку, проехал среди молодого березняка пару километров, следуя указаниям навигатора, опять выехал по крутоватому подъему на асфальт, повернул направо и, заметив посреди дороги черную массу, сначала замедлился чутка, а затем и остановился метрах в десяти. И в этот момент черная копошащаяся масса резко… сначала мне почудилось что она взорвалась, но нет… масса просто взлетела, встревоженно крича и хлопая крыльями. По ветру полетели черные перья, стая взвилась в небо и с криками закружила надо мной.
— Господи… — выдохнул я, неотрывно глядя сквозь ветровое стекло.
Прямо посреди дороги находился холм из трупов. Прямо холм, с перепугу он мне показался очень большим. Нагие тела небрежно навалены друг на друга, конечности переплетены, бессильно свисают окровавленные головы, некоторые трупы в обрывках пластика, другие представляют собой мешанину рваного мяса… и все это почернелое раздутое мясо лежит себе на асфальте прямо под лучами безмятежного весеннего солнышка.
И никого живого вокруг — не считая меня и воронья.
В приоткрытое окно запоздало ударила вонь, от криков в небе резало в ушах. Переключив передачу, я медленно отъехал назад и дрожащей рукой потянулся за сигаретами.
Что это за гребанная внезапная хрень⁈
