Переложив содержимое тарелки в сковородку, я плюхнул сверху пару кусков сырокопченой колбаски, прихватил с собой банку с консервированными мелкими помидорками и огурчиками и пошел ужинать за своим большим новым столом…
Меня разнесли в пух и прах. А затем по моим бренным разодранным останкам асфальтовым безжалостным катком прошлась Леся. И оставила от меня дымящийся пустырь. И само собой я… безоговорочно капитулировал. Я кивал. Соглашался. Подтверждал свою оторванность от реальности. Удивлялся и поддакивал — и о чем я такой дурак только думал.
Ну а потом, дождавшись спада эмоций, я тихонько заметил, что сама идея неплоха, да неплоха, что бы вы там не говорили и возможно проблема лишь в отсутствии пары надежных человек с лидерскими способностями, богатой харизмой и опытом руководства. Сам я такое дело не потяну, руководить и возглавлять даже и не претендую, тут нужно постоянство и умение обращаться с людьми. Но будь у нас такие лидеры и желание начинать с самого малого — вполне возможно что-то и родилось бы работоспособное. А ведь даже одна спасенная жизнь — уже что-то.
И эти мои слова в корне изменили ситуацию. Не сразу, конечно. Оставив меня «догорать» в огне позора, беседующие, попивая алкогольные коктейли, немилосердно дымя сигаретами и всякой электронной чушью, принялись обсуждать ситуацию с миром, долго и обеспокоенно рассуждали о Вьетнаме, Китае и локдауне, а я больше молчал, старательно отыгрывая роль растоптанной лепешки и просто ждал, сидя за столом и настраивая очередную камеру наблюдения.
Я ждал…
Я ждал…
И где-то через час их болтовни на отвлеченные темы про смерть, заражение и муки, они вдруг сами не заметили, как начали обсуждать мою идею, а на экране появился тот самый онлайн док, где я каждому дал право редактировать и комментировать. И в доке начали появляться мелкие поправки, комментарии красным шрифтом, дополнительные заметки — печатало сразу несколько человек.
Еще через полчаса Леся с некоторой задумчивостью заметила, что могла бы прямо сейчас заняться сбором первичной информации от некоторых уже проверенных участников группы: где примерно они живут, имеют ли доступ к каким-либо камерам наблюдения и могут ли таковой получить и заодно она могла бы поискать онлайн доступ к общественным камерам наблюдения. Но ей понадобится помощник, а лучше два или три… С ней кто-то согласился, другой вспомнил, что в его ЖК полсотни камер и ко всем у него есть доступ, третий обронил о том, что неплохо так ищет точечную информацию в Сети…
Они опомниться не успели, а уже создали инициативную группу, назначили лидеров того или иного направления, подобрали им помощников, выбрали самые важные и срочные цели, договорились о сроках, решили приступить немедленно, ведь время не ждет и людям надо помогать, к тому же у большинства давно уже сломан график сна и терять особо нечего.
В последнем я с ними согласен не был, но промолчал. Мой график, наоборот, улучшился — встаю засветло, а к ночи меня просто вырубает от усталости несмотря на все выпитые энергетики и кофе. Но было бы глупо этим хвалиться, ведь помимо еще троих кроме меня человек в нашей группе созвона остальные живут в квартирах, где особо заняться и нечем. Но я молчал в тряпочку, продолжая прикидываться оторванным от суровой реальности глупым мечтателем. Выждав еще некоторое время, я дождал того самого момента, когда увлекшиеся новой задачей люди предложили тем, кто не в проекте, заниматься своими делами, а у них тут надолго и… тихонько попрощался и отключился.
Посидев в своем любимом кресле чутка, я поднялся и победно поднял руки к потолку. Есть! Идея вброшена, идея охаяна, разбита, затем поднята, отряхнута от пыли и взята в дело, потеряв свое авторство — да и плевать!
Так вот значит, как чувствуют себя те самые серые кардиналы, описанные в стольких книгах…
Кстати, о книгах — почитать бы чего! Душа прямо просит чего-нибудь классического, теплого и бесконечно смешного вроде «Трое в лодке, не считая собаки» или «О всех созданиях — больших и малых», но мало ли чего там просит душа… И поэтому я занялся настройкой чужого компьютера, а на продолжающем скачивать с Сети массивы данных ноуте я запустил видео о тонкостях приготовления бетона и кирпичной кладки, а планшет продолжал показывать чарующе безлюдные видео с камер наблюдения на моем участке. В ящике у стены попискивали недавно поевшие цыплята, несомненно, спасенные мной из голодных лап тварей…
На улицу я вышел не сразу. Побоялся вот так бездумно…
Да, камеры показывали, что участок пуст, что перед воротами никого, но мертвых зон вокруг хватало, а внутри меня звенели туго натянутые струны нервов. Очень хотелось захлопнуть дверь и снова оказаться в темной безопасной берлоге. Но я вдруг понял — если «не прыгну в воду» сейчас, то наживу себе огромную фобию уже завтра. И поэтому я выставил перед собой стволы ружья и сделал все же шаг.
