— И они кончатся очень быстро, если начнешь делиться ими с другими.
— Значит у меня только что появилась причина запастись еще большим количеством еды. Я уже, честно говоря, хотел остановиться, мне столько за год не съесть, наверное, но теперь надо запастись впятеро больше!
— Сколько бы не запасся — не хватит! Людей надо кормить, поить и лечить каждый день, Тихон. Сопровождение и наблюдение — еще хрен с ним. Пусть это сюжет компьютерной игры, но все же он имеет право на жизнь. А вот обеспечение запертых в ловушках людей едой, водой и лекарствами… такую задачу способно вытянуть на себе только государство. И уверен там не дураки сидят и уже все это реализуют.
— И отлично. А я все равно продолжу заниматься этой задумкой — заявил я с упрямой убежденностью.
— И третье… эвакуация людей с ограниченными возможностями из опасных мест…
— Ну да. У меня же машина. Могу подскочить, забрать в салон ту же самую семью, доставить в безопасное место.
— Помимо всех прочих сложностей давай представим самое очевидное, Тихон…
— И что это?
— А если у них нет безопасного убежища? Если они заглянут тебе в глаза эти голодные детишки и их мама, а затем попросят — возьмите нас к себе, пожалуйста, добрый человек. И что ты сделаешь в этом случае, Тихон?
— Э-м-м…
— То-то и оно. Ты готов решить проблему и сбагрить ее с рук. А если сбагривать некуда и некому?
— Ну… отвезу в государственные убежища. Тот же Птичник! — нашелся я.
— Ты еле вывернулся щас.
— Но вывернулся же. И вообще, Бажен — я поэтому тебе первому это все и озвучил. Чтобы получить четкое мнение и поправки к курсу.
— Мое мнение — затея глупая. Благородная, но глупая.
— Не всем так повезло как твоей семья, Бажен — вздохнул я — И таким как я. Я одинок. Сдохну — и пофиг. Ты заботишься о твоей семье, обеспечиваешь их, защищаешь. А что насчет тех кому по жизни совсем не повезло?
— Сказал же — не трави душу! Пора уже отрастить панцирь на душе.
— Не могу.
— У-ф-ф… Я тебе так скажу — ладно, начинай заниматься первым пунктом, общайся с некоторыми, прикидывайте все возможности. Только не бросай идею в чат — закидают говном и безумием! Собери группу из десяти разумных и первое время общайся только с ними, а дополнительных подтягивая по мере необходимости. Если хоть что-то родится из твоей задумки — пиши, подключусь, помогу чем смогу.
— Спасибо, Бажен!
— Это тебе спасибо… за поддержание веры в благородство человеческих душ. Ладно… еще созвонимся. Не умирай там.
— И ты тоже — не умирай!
Связь оборвалась. Лампочка под потолком продолжала гореть. Облегченно улыбнувшись, я чуток постоял, подумал, а затем пошел к двери, проверяя по пути изображение с камер наблюдения и поселковый чат. Если твари действительно ушли, то мне надо срочно во двор, чтобы продолжить укрепление своей крепости. Заодно обдумаю все, а вечером во время группового созвона презентую все без лишнего пафоса…
Глава девятая.
И снова я разложил перед собой любимое средство приведения скачущих мыслей и идей в порядок — перекидные блокноты Мегаполис с желтыми страницами в клетку.
Сидел я в кресле, блокноты лежали на недавно сделанном длинном столе, представляющем собой застеленные пледом толстые доски, одним концом положенные на забитые консервами ящики, а другим привинченные к стене. Сначала я заполнил самыми «долгоиграющими» консервными банками один ящик, закрыл крышку, поставил на него другой и заполнил уже его, после чего начал крепить столешницу.
Еда в ящики была убрана не просто такой — я решил сделать НЗ. Отобрал банки с большим сроком годности, осмотрел каждую, уложил аккуратно. Там почти все мясо, но есть и шпроты, горбуша. Туда же уложил контейнеры с гречкой, пшеном, рисом и макаронами. Мой НЗ готов. Этих запасов мне одному хватит надолго, но трогать их я не собирался — это реально на крайний случай вроде многодневной осады или на то время, когда или если вдруг люди вообще не смогут покидать свои убежища из-за тварей. И теперь одной из главных моих задач вновь стало запасание продуктами и всем прочим. Теперь уже не только ради себя — если моя задумка будет осуществлена.
Новая столешница была с запасом — двухметровой длины, торцом прилегая к стене. На один ее конец я установил один из трофейных компьютерных мониторов, вниз убрал системный блок, второй монитор подключил к вставшему рядом ноутбуку, выведя на него данные с камер наблюдения и навесив на него вебку. С максимально доступным мне умением и аккуратностью провел провода удлинителя по полу и вдоль стены к ближайшей розетке, чтобы они не путались под ногами. Справа от меня была стена с полками, откуда я перегрузил в ящики консервы, а освободившееся место занял лампой с аккумулятором, старым советским радиоприемником, пачкой стеариновых свечей, коробком спичек и всеми своими патронами, рассортированными по трем пластиковым контейнерам. Ружье лежало на полке выше, пистолет на столе под рукой, а сбоку от меня крутил головой оттертый от пыли напольный вентилятор.
