Опомнись, Тихон! Ты подвижен и здоров, у тебя две руки и две ноги, твои глаза все прекрасно видят, ты не нуждаешься в регулярных уколах, не прикован к искусственной почке и твои руки свободны: ведь у тебя даже нет родственников, нуждающихся в постоянном уходе. И при всех этих шикарных условиях ты смеешь жалеть себя, придурок?! Вот даже не смей себя жалеть – просто права на это не имеешь!
Мысленные силы надо тратить не на жалость к себе, а на что-то более практичное вроде перечисления имеющихся полезных навыков.
Сфера быта? Ну… знаю мало, но, как оказалось, приспосабливаюсь быстро и учусь тоже неплохо. За последние дни я узнал о ремонте и строительстве в сто раз больше, чем за все прошлые годы. Многому меня научили уехавшие парни-строители, многое я перенял у них, просто наблюдая. Еще у меня есть кое-какой водительский опыт, и я его активно развиваю, мотаясь по поселковым дорогам.
Как все это может помочь другим людям, раз уж после зажигательной речи Алекса я устыдился и понял, что надо все же оставаться человеком, а не думающей лишь о себе мразью?
Пока не знаю. Но я продолжал проводить мысленную инвентаризацию своих навыков и перебирал их до тех пор, пока вдруг не понял – а ведь я уже помогаю! Да, пока мало и скупо, но помогаю! Я создал полезный канал и развиваю его, я каждый день ободряю впавших в панику людей, пишу в чате призывы не унывать, делюсь пережитым, поясняя, как мне удалось выжить. Я дистанционно подключился к системе наблюдения в подъезде Леси и был ее глазами, пока она за сотню километров от меня оттаскивала с порога труп, чтобы дверь снова могла закрыться.
И пусть я не из тех, кто ударом ноги выбивает стальную дверь, чтобы влететь в квартиру, автоматной очередью положить трех тварей и спасти ослепительную блондинку, но я все же помогаю людям – обычным, не ослепительным людям. Алекс ведь так и сказал: иногда достаточно предупредить криком, передать бутылку воды и кусок хлеба, сопроводить больного или старого до безопасного места. Это и есть то, что делает нас людьми, а не мразями. Помоги другому, чем можешь – даже в самой малости – и этого порой вполне достаточно. Главное – не оставаться безучастным к чужим бедам.
И осознав это, я вдруг заулыбался в темноте пристройки и продолжал улыбаться даже после того, как начался наш первый групповой видеочат. На экране ноута оживала мозаика из лиц, а я, все еще улыбаясь, спешно намутил себе литровую кружку черного сладкого чая, сбегав в угол, справил нужду в пустую бутылку и уселся в кресле, готовый начать общение с такими же, как я – обычными испуганными людьми. Ноут забубнил голосами представляющихся, нас становилось все больше, я с улыбкой тоже представился и пожелал всем доброго вечера, а затем… затем слово умело взяла Леся Павловна и как-то в один момент вдруг оказалась нашим коучем по бытовому выживанию в условиях начинающегося зомби-апокалипсиса… Устроившись в кресле поудобнее, я закурил, втихаря примостил на бедре планшет, без звука запустил на нем скачанное видео про бетонные работы и погрузился в просмотр, краем уха внимательно слушая продолжающую бодро говорить Лесю. И чем дольше она говорила, тем спокойней становились лица сначала слушающих ее мужчин, а затем и женщин, за чьими плечами маячили любопытные детские рожицы…
Глава седьмая
В семь тридцать утра я был занят совершением очередного преступления – воровал холодильник. Барный. Черный. Красивый. Небольшой.
Вообще, я залез сюда, чтобы спереть замеченную сквозь симпатичный и насквозь просвечивающий дощатый забор огромную бухту поливного шланга. Но раз оказался на территории, то почему не заглянуть внутрь обшитого синими досками дома сквозь окно веранды, верно? Так я и увидел кубик стоящего на столе и ни к чему не подключенного холодильника. Коробка была под столом. После недолгих колебаний, походив вокруг дома и убедившись, что там никого – даже в дверь стучал – я разбил аккуратно окно, посидел на корточках, оглядываясь, потом просунул руку, повернул ручку и влез внутрь, хрустя битым стеклом. Через десять минут холодильник был внутри багажника, еще через десять минут к нему присоединилась коробка от него, набитая всеми найденными продуктами, следом я погрузил небольшой телевизор, удлинитель, прикроватную лампу в виде синего тюльпана, кое-какие инструменты и расходники. Шланг я тоже забрал. И ящик баночного пива «Хайнекен». И пару бутылок бурбона.
