Брайтвеллам они теперь были нужны все меньше и меньше. А значит, пришло время сделать все, чтобы, как говорил в Филадельфии Дарио, игрой на шахматной доске руководили Джесс и его друзья.
А для этого, как понимал Джесс, придется многим пожертвовать.
Он дождался самого позднего, самого темного ночного часа и выскользнул из своей комнаты, отправившись по длинному коридору. Сначала заглянул в комнату Брендана, но она оказалась пуста, и даже кровать брата была аккуратно заправлена.
Брендана же в компании Аниты Джесс в итоге отыскал там, где, вероятно, ему и следовало их искать… за игрой в шахматы в библиотеке, в которой Джесс в прошлый раз застал за чтением Морган. Джесс тут же снова представил Морган, сидящую в кресле и залитую лунным светом, и ему жутко захотелось отправиться к ней, проводить свое время с ней и избегать этого момента как можно дольше.
Однако он все-таки молча вошел в библиотеку, сел и пододвинул поближе еще один стул.
Брендан с Анитой еще несколько мгновений молча играли. Анита взяла две пешки. Брендан взял ладью. А затем Анита замерла, внимательно уставившись на шахматную доску, и вздохнула. Сбила своего короля.
– Уже в третий раз, – сказала она. – Я не понимаю, как ты меня отвлекаешь. Я очень хорошо играю в шахматы.
– А я лучше, – сказал Брендан. – Но Джесс? Еще лучше. Кто-нибудь тебя нынче обыгрывает, братишка?
– Есть кое-кто, – сказал Джесс. – Халила, например. И Дарио иногда. – Он покосился на Аниту, а затем снова перевел взгляд на Брендана. Молча спросил: «Мы будем делать это у нее на глазах?» Брендан кивнул, едва-едва заметно.
Джесс тогда повернулся к девушке и сказал:
– Я думал, ты уехала.
– Тебе ли не знать, – ответила она. – Ты же понимаешь правила игры. Ты был в ней рожден, пусть и сожалеешь об этом.
– Анита говорила, ты напоминаешь ей о ее брате, – сказал Брендан. – Иронично, потому я, очевидно, не напоминаю. И если тебе интересно, что думаю я, то я считаю, тебе до сих пор надо бы набрать немного веса, знаешь ли.
– Знаю, – сказал Джесс. – Но мне не настолько интересно твое мнение, чтобы принимать его в расчет. – Он наклонился вперед и положил локти на колени. – Когда он это сделает?
Анита вскинула брови и быстро переглянулась с Бренданом. Брат Джесса удивленным не выглядел. Анита же выглядела.
– Ты ему рассказал? – спросила она.
Брендан покачал головой:
– Он был рожден в этой игре, ты же сама сказала. И он знает моего па так же хорошо, как и я. А может, кое в чем даже и лучше. Понимает людей, как не понимаю я. – Брендан начал выставлять фигуры на шахматной доске для новой партии игры – не для того, чтобы играть, подумал Джесс, а, скорее, чтобы занять чем-нибудь руки. Брендан чувствовал себя неспокойно, а вот Джесс, наоборот, понял вдруг, что спокоен как никогда. – Па отправил приглашения родным, тем, кто может прибыть вовремя. Три дня. Будет показное представление, на котором все вы должны появиться, а потом… – Он, кажется, не хотел произносить слова вслух. Так что Джесс закончил за него:
– А потом прибудут стражники. Моих друзей схватят под стражу, и па их продаст. Некоторых – Томаса, Вульфа и Санти, как я догадываюсь, – продаст Красному Ибрагиму, который сможет использовать их в качестве разменной монеты в переговорах с архивариусом. Вот почему Анита до сих пор здесь.
Ни Брендан, ни Анита не сказали в ответ ни слова, однако Джесс заметил, как дрогнула рука брата, когда тот ставил на доску ладью, а потом и коня.
– Почти верно, – сказала Анита. – Я должна забрать Халилу, Томаса и Санти. Дарио твой отец планирует продать обратно в Испанию, хочет заручиться благосклонностью королевы.
– А Морган? – спросил Джесс. Его голос звучал спокойно, точно он просто интересовался в чисто научных целях. Однако это было не так. – Профессор Вульф? Глен?
– Глен никому не нужна, – сказал Брендан. – Я убедил па предложить ей работу у нас. Она не согласится, знаю, но я должен был попытаться.
– А что будет, когда она откажется? – вместо ответа Брендан повалил на доске коня. – Неужели па думает, что я прощу его за все это? Да никогда!
– Нет, не думает. Но он планирует посадить тебя под замок. Он считает, что, как только все окажутся подальше отсюда, ты – и я цитирую его, как ты понимаешь, так что меня не бей, – ты придешь в себя.
– Это он с ума сошел, не я. И ты так и не сказал мне, что насчет Морган и Вульфа. Что он собирается делать с ними?
Брендан снова поставил коня вертикально и закончил расставлять фигуры по шахматной доске. Он тянул время, понял Джесс. Отчего-то его вовсе не удивило, что позволил Аните преимущество.
– А тут становится еще интереснее, – сказал Брендан и откинулся на спинку своего стула, чтобы посмотреть Джессу прямо в глаза. – Я увезу их, наши два самых ценных приза, в Александрию в качестве подарка архивариусу. Мы заключим с ним сделку и продадим ему десять тысяч оригинальных книг по неслыханной цене. Они же будут в качестве бонуса.
