– Кстати, о птичках. Я тут краем уха слышал, что именно на «Спокойствии» нашли, чуть ли не три дюжины кандидатов в «нюхачи» сразу. Я даже грешным делом решил, что очередная пуля.
– Нет. Тут всё верно. Группа, которую отправляли туда на проверку подростков, в шоке вернулась. Не планета, а какая-то сплошная аномалия. То растения, то руда, то алмазы, то меха с рыбой, а теперь ещё и эмпаты. Хотя…Закрытое сообщество, огромные расстояния, постоянное напряжение от ожидания неприятностей. Всё может быть, – медленно, словно размышляя, проговорил Кудасов.
– А неприятности-то с чего?- позволил себе полюбопытствовать полковник.
– Планета принадлежала корпорации. И её наёмники, то и дело устраивали там небольшие локальные войны. Из поселенцев выжимали все соки, требуя постоянно увеличивать добычу пушнины и рыбы. А те естественно сопротивлялись. Вот и получилось постоянное многолетнее противостояние.
– И как это может быть связано с эмпатией?
– Способности человеческого мозга так до конца и не изучены, – вздохнул граф. – Вполне возможно, что в минуту смертельной опасности, некоторые поселенцы умудрялись передать свои эмоции на большое расстояние, чтобы сообщить близким, что с ними случилось. От этих людей родились дети, для которых подобные способности оказались чем-то рядовым. Так и получились местные эмпаты. Это так, теория из разряда бредовых. Но других у меня нет.
– Планета эмпатов. С ума сойти можно, – покачал головой Ремезов.
Их разговор был прерван сообщением по внутренней связи, что корабль разогнался и через три минуты уйдёт в подпространство. Всех просили сесть, и отложить подальше незакреплённые предметы. Вскоре, корабль чуть тряхнуло, по корпусу прошла короткая вибрация, и всё стихло. Капитан корабля объявил, что «Дерзкий» уже в подпространстве, и пассажиры снова могут свободно перемещаться.
– Который раз прохожу эту процедуру, и всё равно никак привыкнуть не могу, – проворчал полковник, мрачно, скривившись.
– Ворчун ты старый, – рассмеялся Кудасов и, поднявшись, от души потянулся. – Всё. Пошёл я спать. Всё равно больше делать нечего. Так хоть отосплюсь от души.
Отлично зная, в каком напряжённом режиме работает его подопечный, Ремезов только одобрительно кивнул и, дождавшись, когда Кудасов покинет кают-компанию, отправился проверять несение службы его бойцами. Следующая неделя прошла в блаженном ничегонеделании. «Дерзкий» вышел в объём и снова разогнавшись, ушёл в очередной прыжок. Граф выходил из своей каюты только чтобы поесть, и выяснить, всё ли в порядке.
Но стоило только сторожевику снова выйти в объём, для последнего перехода до орбиты планеты, как дежурный наблюдатель сообщил, что рядом с точкой перехода идёт ожесточённый бой. Причём, бой этот вели три корабля. Два, по военной классификации, эсминца, и посыльный катер. Не понимая, как такое может быть, Кудасов приказал запросить коды опознания по закрытой волне и, едва прочитав полученные данные, громовым голосом приказал атаковать неизвестные эсминцы.
Стоявший рядом с ним капитан корабля, одобрительно кивнул, и с жёсткой усмешкой начал командовать канонирами. После второго залпа, один из эсминцев развалился, выбросив в объём клубы кристаллизованного кислорода. А второй, огрызнувшись плазменным залпом, попытался уйти. Но Кудасов, не терпящим возражение тоном приказал уничтожить его любым доступным способом. Не понимая, с чего вдруг граф так завёлся, Ремезов бочком протиснулся к монитору связи и, посмотрев на экран, растеряно крякнул.
– Вот именно, старина, – кивнул Кудасов, заметив его реакцию
– Что-то не так?- повернулся к нему командир корабля.
– Этот катер с нашего крейсера «Громовой». Его, кровь из носу нужно прикрыть и помочь добраться до искомой точки.
– «Громовой» же сейчас где-то у чёрта на рогах. В экспедиции, – удивлённо протянул кавторанг.
– Вот именно. И если они отправили посыльный катер, значит, там есть что-то, чего они не решились доверить обычной связи, – отрезал Кудасов.
– Значит, прикроем, – азартно ответил капитан корабля, и граф в очередной раз убедился, что выучка экипажа этого корабля выше всяких похвал.
Три залпа, и противник, полыхнув вспышкой взрыва, прекратил своё существование. Убедившись, что посторонних на поле боя не осталось, Кудасов приказал связисту вызвать отчаянный кораблик. Уже после второго повтора, экран монитора осветился и на Кудасова с интересом уставился молодой, огненно-рыжий парень.
– Представьтесь, пилот. И если это возможно, позовите к консоли старшего офицера, – потребовал Кудасов.
– Лейтенант космофлота Российской Империи Василий Вяткин. Старшего офицера позвать не имею возможности за полным отсутствием такового, – бодро отрапортовал пилот.
– Как это?- не понял граф.
– Я единственный офицер, пилот и пассажир на данном корабле, – хитро усмехнулся рыжий.
– Граф Кудасов. Начальник службы имперской безопасности. Куда следуете?
– На планету «Спокойствие» – коротко доложил пилот, разом перестав улыбаться.
