Масштабная эпопея Катерины Мурашовой и Натальи Майоровой охватывает в своем течении многие ключевые моменты истории России первой половины XX века. Образ Любы Осоргиной, главной героини романа, по страстности и силе изображения сродни таким персонажам новой русской литературы, как Лара из романа Пастернака «Доктор Живаго», Аксинья из шолоховского «Тихого Дона» и подобные им незабываемые фигуры. Разорение фамильной усадьбы, смерть родителей, бегство в Москву и хождение по мукам в столице, охваченной революционным пожаром 1905 года, короткие взлеты, сменяющиеся долгим падением, несчастливое замужество и беззаконная страсть – по сути, перед нами история русской женщины, которой судьбой уготовано родиться во времена перемен.
© К. Мурашова, Н. Майорова, 2015
© ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2015
Издательство АЗБУКА®
Близость смерти ощущалась так же остро и пряно, как первая близость с женщиной. И вероятно, могла бы так же воодушевлять. Если бы не запредельная усталость, которая путалась в ногах и туманом клубилась в голове. У нее фактически не было границ. Человеку, идущему по заснеженным улицам, казалось, что его усталость значительно переросла его же собственное тело и теперь свисает из рукавов полушубка, течет на плечи из замерзших ушей, волочится позади ошметками грязного, вонючего дыма, похожего на тот, который заполнял классы Фидлеровского училища после обстрела артиллерии, перед атакой драгун.
Огни фонарей давно погасли, и не было луны. Снег на крышах, карнизах и мостовых слабо мерцал собственным жемчужным светом. Небо молчало и затаилось. Медленно и величественно колыхалось вдалеке красное зарево. Стояли сутулые домишки с темными, недоверчивыми провалами окон. Иногда в глубине их промелькивали тусклые огоньки, показывавшие, что где-то еще живут и движутся люди. Откуда-то то и дело доносился нестрашный, ручной треск выстрелов, будто кто-то рвал старые тряпки. Между выстрелами в переулках давила тишина, в которой скрип снега под ногами или недовольное карканье потревоженной вороны казались звуками поистине оглушительными.
