– Прости, – прошептал он, возвращаясь на свое место. Витя облизнул нижнюю губу так, будто слизал остатки шоколада, что продолжал таять. Это было столь интимно, что я вцепилась в стул руками, стараясь немного прийти в себя и перестать смущаться.
– Не смог удержаться.
– И всегда ты такой несдержанный? – выдохнула я, наконец поднимая голову.
– Бывает иногда, – расплылся в улыбке Шестаков.
А потом запросто нашел мою ладонь на столе, накрыл ее своей и начал болтать о всяком-разном, будто мы с ним вот так каждый день сидим. Сперва я зажималась: неловкость и отсутствие опыта брали свое. Но через полчаса бесконечных веселых историй близость с Витей уже не казалась чем-то новым. Я даже умудрилась поправить ему волосы, что забавно торчали из-за шлема.
Вечер приобрел оттенки весны, несмотря на непогоду на улице. Я, подобно подснежнику, нежилась в первых согревающих лучах солнца, что незатейливо пробивались сквозь призму зимы.
Горячий чай, любимое пирожное, взгляд Вити, в котором переливалась тысяча звезд, теперь уже только моих звезд. Сказка окончательно поглотила с головой, и я напрочь забыла про серую реальность. Вспомнила о ней только возле дома, когда Шестаков вместо прощальной реплики вдруг озвучил очередное невероятное предложение:
– Слушай, давай Новый год встретим вместе?
– Что? – растерялась от неожиданности я.
– Мой отец в командировку уезжает тридцатого на четыре дня. Я бы хотел провести этот праздник с кем-то особенным, смекаешь, Романова?
– Ох, – в груди все ухнуло, мне даже стало стыдно смотреть Вите в глазе. Ведь папа точно будет встречать Новый год дома, вряд ли он согласится на смену. И если в обычное время он меня, скрипя зубами, куда-то отпускает, то уж сейчас-то отпроситься и пытаться смысла не было.
– Что за упадническое выражение лица? – Шестаков поравнялся со мной, его горячие ладони коснулись моих щек, заставляя наши взгляды встретиться. Мамочки, как он смотрел! С какой нежностью и трепетом, за такое можно смело отдать жизнь.
– Рита, – позвал Витя, сердце сжалось в точку, я перестала дышать. – Просто обещай, что попробуешь.
– Обещаю, – зачем-то согласилась, видимо, под действием энергетики, что сносила все мои запреты напрочь. Я поражалась самой себе – откуда берется эта легкость? Витин обволакивающий взгляд, еле заметная улыбка, и вот уже я приподнялась на носочки, а губы непроизвольно наши его губы, срывая поцелуй.
В этот раз он получился далеко не коротким, наоборот, долгим, глубоким, до ужаса жадным. Витя сгреб меня в охапку, по-свойски скользя ладонями по спине, лопаткам, шее, сминая мои губы, словно сорвался с цепи, словно не мог насытиться. Мы оба падали в пропасть, утопая друг в друге.
Внизу живота ныло от желания стать еще ближе, сердце лихорадочно наворачивало круги, и в тот момент, когда Шестаков неожиданно разорвал наш поцелуй, тяжело дыша, я едва разочарованно не взвыла. Потом, правда, опомнилась, зарделась. Это ж надо – сама поддалась, сама устроила этот вихрь эмоций.
– М-мне домой пора, – протараторила я, стараясь не смотреть на озорные огоньки в глазах Вити.
– Согласен, – кивнул он. – Иначе я тебя не отпущу. Уж после такого отпускать сложно будет.
– П-пока, – заикаясь, кинула прощальную реплику и на дрожащих ногах помчалась к своему подъезду.
А на следующий день я узнала, что папа все-таки работает в ночь с тридцать первого на первое. Решив, что сама судьба подталкивает меня к Вите, я написала ему сообщение, соглашаясь провести Новый год вместе.
Глава 39 - Витя
Идея провести Новый год с Ритой возникла неожиданно, я сам не понял, как к этому пришел. Отец просто озвучил новость о командировке, и в голове яркой вспышкой отразилось – свободная квартира, салют, мандарины и моя Марго. Система ломалась медленно, но приятно.
А уж когда Романова согласилась, я окончательно расправил крылья. Ходил себе, довольный как дурак, смаковал наш поцелуй и ждал новый дозы. Все-таки отношения с моей недотрогой были не похожи на остальные, они затягивали в водоворот новых чувств. Я никогда не хотел сворачивать горы ради девушки, не считал минуты до встречи, а тут просто махал хвостиком перед ее носом, радуясь мелочам: сообщению, улыбке, смущению, что часто мелькало красками на щеках Риты.
Конечно, были и свои минусы, пусть я их особо за таковые не считал. Например, в школе девчонки норовили бросить едкую шуточку в сторону Марго, от чего я знатно бесился. Или затравленное лицо Аленки, с которым она проходила мимо, громко вздыхая. Явно делала это специально, чтобы уколоть, вытащить чувство вины наружу. Мне ее так-то по-человечески тоже было жаль, может, и надо было держать в тайне какое-то время отношения с Ритой, но поздно думать об этом.
Больше всех добили, правда, Кирилл и Ко. Они собирались встретить Новый год на даче Юрки тридцать первого, накупили продуктов, соков, зазывали людей. Меня пригласили в первых рядах еще двадцать пятого, и я сперва сказал “да” без задней мысли, скорее, на автомате. А потом, когда Рита согласилась провести этот вечер со мной, сообщил ребятам, что не смогу прийти.
