– Дар матери. Эта тварь хотела в тот вечер проникнуть в мое тело и начать трансформацию, но ты ей помешал. Она пришла спустя пару недель. Я могу менять облик ангела и демона по собственному желанию, но только когда подпитываюсь силами.
– Желаниями других?
– Да.
Мулцибер повернулся, медленным шагом дошел до меня и оперся ладонями по обе стороны стула. Он склонил лицо так низко, что я смогла рассмотреть, как его густые ресницы подрагивают. Непроизвольно вжалась в изголовье, испугавшись такого поведения брата.
– Боишься? – усмехнувшись, произнес Мулцибер. Уголки его губ дрогнули, но в глазах отражалось недовольство. – И правильно делаешь.
Он схватил меня за подбородок и вскинул голову вверх. Я привстала, чувствуя, как напряглась шея от хватки демона. Магия Мулцибера окутала мое тело, крепко удерживая на месте. Он нахмурил брови, и шрам на лбу в виде перевернутой кровавой подковы сжался. Призрачные руки скользили по моему телу в поисках орудия, которого не было. Мулцибер чувствовал правду, мне нечего было бояться.
Спустя минуту демон отпрянул, выпрямившись. Скрестив руки на груди, он склонил голову набок и кивнул. В его глазах отразилось облегчение.
– Не соврала.
– Я и не хотела.
Пригладила подол платья, стараясь унять дрожь в теле. Через открытое окно слышались крики и споры прислуги, которая не могла определиться, в какой стороне от леса будут стоять напитки, а в какой – еда. Пение птиц мимолетно заглушал творящийся хаос, что немного успокаивало.
Мулцибер подошел к столу, выдвинул нижний ящик и достал оттуда фляжку. Откупорив ее, протянул мне, но я мотнула головой, отказываясь. Голова после вчерашнего вечера побаливала, и была велика вероятность того, что, если сейчас алкоголь попадет в мой организм, меня просто стошнит. Мулцибер усмехнулся и одним большим глотком осушил все содержимое. Я удивленно выгнула бровь, когда брат даже не поморщился. Он сделал вид, что не заметил, положил фляжку обратно и шумно захлопнул ящик. Опершись ладонями о поверхность стола, он смотрел на меня сверху вниз, хриплым голосом задавая вопрос.
– Ты теперь моя гостья. Уже решила, пойдешь вечером на торжество?
– Конечно, там же столько молоденьких мужчин будет.
Улыбка на лице Мулцибера окрасила суровое лицо, и по телу разлилось тепло.
– Точно моя.
– Приятно слышать, что спустя столько лет ты не отрекся от сестры, которую видел почти двадцать лет назад.
– Кровь никуда не деть. К счастью или к сожалению.
– А как лучше для тебя?
Мулцибер пронзительно посмотрел на меня и сощурил глаза. Резко отпрянув от стола, он молча указал рукой на дверь. Когда я встала, прикусив нижнюю губу, которая начала трястись от обиды, брат устало выдохнул и кинул мне вслед:
– Надеюсь, что мы сможем наладить отношения. Не соврала, рассказав про мать и про зов крови. Но должна понимать, что так сразу я не смогу открыться, как бы ни старался. Ты либо принимаешь это, либо возвращаешься обратно в семью.
Я оставила слова Мулцибера без ответа. Выйдя из комнаты, осторожно прикрыла за собой дверь и как можно быстрее направилась в покои, расталкивая прислугу локтями. Оказавшись в безопасности, рухнула на кровать и проплакала около часа, чувствуя, как сердце освобождается от обиды на мать и дарует долгожданное облегчение.
Я проснулась от дикой головной боли – казалось, будто в виски забивали гвозди. Раскинувшись на кровати, смотрела в потолок и старалась моргать как можно реже – боль в глазах была просто невыносима.
Что было в том вине?
Магия, которая скреблась по нутру и поскуливала, подобно побитому псу, призывала освободиться и помочь притупить боль. Я ослабила поводок и позволила силе стремительной волной прокатиться по телу. Белоснежная магия окутала естество бережным объятием, и постепенно боль начала притупляться, а затем и вовсе исчезла, будто никогда и не было.
Блаженно вздохнув, я с ужасом осознала, что уже вечереет – солнце садилось за горизонт, окрашивая закатными лучами верхушки деревьев в золотистые тона. Вскочив с кровати, подбежала к окну и, распахнув его, высунулась наружу – прислуга делала последние приготовления к празднику и убирала мусор, который местами был разбросан на окраине леса.
Три массивных трона стояли во главе столиков, на спинках виднелись вырезанные драконы, которые выпускали огонь в небо. Сверху возвышались ангелы, одетые в белые одеяния, державшие в своих ладонях обезглавленного василиска – символ победы над чудовищами, которые представляли опасность для смертных и магических существ. Демоны, извивающиеся около когтистых лап дракона, напоминали темные субстанции с рогами и копытами, отчего я непроизвольно сморщила нос.
