— Арбалета нет, — сухо повторил Гаор, — гражданам и гостям Саантира запрещено их носить, а потому я сомневаюсь, что чужеземцу будет по силам легально раздобыть один из них.
— С этим я уже смирился, — отмахнулся тоннельник, — могу ли я соблазнить тебя и твоих со-партийцев на небольшое приключение? Охоту за сокровищами, если быть совсем откровенным. Я буду чувствовать себя в безопасности рядом с убийцами того самого Синагара. Все же это проявление выдающейся компетенции.
— И обоснование для выдающейся платы, — сильный женский голос раздался за спиной Нуаркха. Принадлежал он высокой и статной бледной, которая появилась из-за приоткрытой створки двери с глубокой миской в руках. Откровенное платье намечали лоскуты огненно-рыжего и сиреневого цветов. Оно открывало прекрасный вид на богатую коллекцию безобразных рубцов и аккуратных ритуальных шрамов, собравшихся в изображения кудрявых облаков. Черты вытянутого лица, отмеченного заметными морщинами, можно было посчитать излишне мужественными и угловатыми, но они обладали вызывающей красотой. Грубые мозоли и разбитые костяшки казались столь же чужеродными на ее ухоженных руках, как ножны со скимитаром на изукрашенном поясе корсета. Одеяние подчеркивало бронзу коротких кудрявых локонов, и пурпурные закатные блики в усталых глазах. Женщина неприязненно щурилась, стоило лампе попасться на пути ее взгляда. Густая угольная подводка припухших век сливалась с налитыми синяками. Пышные губы были измочалены поцелуями и блестели свежей кровяной коркой.
— Синтра, ты, как всегда, излишне тороплива в вопросах финансов. Мы еще не знаем, о каком заказе идет речь, и с Арахкетом ничего не обсудили. Впрочем, чего еще ожидать от Хинаринки? — осадил Гаор компаньона. Разглядев свежие отметины на ее лице и руках, он добавил более громким тоном, — что с тобой произошло?
— По дороге от ухажера на меня накинулась компания отвратно смердящих пепельных. Ничего серьезного, — Синтра потерла шею ребром ладони и поморщилась от боли.
— Учти, мы не собираемся рисковать жизнью за гроши. Если ты не при деньгах, то не трать попусту наше время, — наглым тоном обратилась Синтра к Нуаркху и жадно отхлебнула дымящуюся похлебку через край миски.
— Я сам готов доплатить тебе за небольшое приключение, — вмешался голос Гаора, — Проклятье давно заставляет лезть на стену.
— Я тоже истосковалась по настоящему делу и всей сопутствующей романтике. Я ведь не Силмва, который рад стезе вечного стражника. Но мы обязаны не забывать держать марку, Гаор. Если не ради себя, так ради братьев, — продолжила бледная хрипловатым, но приятным голосом.
— Тоннельник отдал 22 золотых хака за копье Синагара. Не думаю, что у него проблемы с деньгами, — строгий голос Змея прозвучал громче и настойчивее, предотвращая следующую корыстную ремарку.
— Неужели, наконец, нашелся сумасшедший, готовый вытащить эту дрянь из моего дома? — наигранно обрадованным тоном воскликнула женщина, а затем оценивающе осмотрела вытянутую фигуру тоннельника.
— Саррин Нуаркх — рука Архонта Перекреста, — представил Гаор гостя. Тоннельник заметил вызывающую позу Синтры и уязвил ее плавным мановением кисти, которым приветствуют благородных дам на Надоблачных Аллодах. Синтра раздраженно поджала губы, когда ее ладонь, протянутая для рукопожатия, нашла лишь воздух.
— Теперь, когда с формальностями покончено, перейдем к обсуждению моей просьбы? — прощелкал Нуаркх, иронично поглядывая на раззадоренную женщину.
— Хочу, чтобы вы сопроводили меня до гробниц забытого Саантирского клана Хан Хенат, — добавил он, когда завладел вниманием наемников, а затем достал из-за пазухи карту с Галафейского дредноута, — скорее всего, оттуда выскребли все до последней монетки, но меня, как вы понимаете, больше интересует сам процесс…