– Ты же будущий жрец, так что изволь выражаться соответствующе! – строго отметил наставник – Однако, право слово, сути это не меняет. Берок похожа на беременную женщину. Как ни как она обозначает Великую Мать, которая и породила Морогха и Ильда.
– А носят они ее для бытовых дел – паренек с трудом вспоминал описания руны – Лечение женских болезней там, помощь в материнстве.
– Почти. Но, но что она обозначает в первую очередь? – мужчина спрашивал своего ученика ехидным голосом, будто бы что-то знал.
– Возрождение, а точнее формирование идеи. Трансформацию одним словом – ответ прозвучал уверенно и четко.
– Молодец. Поведай мне теперь, что ты знаешь о южных аренах?
Глава 7
Войл тяжело вздохнул и потряс головой. Маска в виде волчьей морды хорошо держалась и не думала слетать. Он стоял в темном коридоре под трибунами. Рев толпы снаружи заставил его снова занервничать, но проверив рукоятку кинжала за спиной, Войл обрел решительность. Меферит ошибся на счет ржавого меча, то, что он держал в руке можно было только назвать кочергой. В щели большой деревянной двери он увидел, как оттаскивают очередного раба, который не сумел обрести свободу. Сверху на него сыпался песок и деревянная стружка, от нескончаемого топота ног горожан. Он знал, что где-то на трибунах сидят Ашур и Меферит и он не может подвести их.
– Мира, что с тобой? – Положив свою руку, с огромным рубином на пальце, на руку дочери, спросил сам волнующиеся Меферит. На нем был халат с замысловатыми завитушками и большая золотая цепь. Его лысину украшал белый платок, который держался с помощью позолоченного обруча-короны.
Царская свита располагалась на возвышение под куполом из тканей, защищая людей от солнца. Остальным-же зрителем приходилось спасаться от палящих лучей самостоятельно, поэтому разносчики воды сегодня были в солидном наваре.
– Все хорошо, просто сегодня еще душнее чем обычнее – слабо улыбнулась Мира и обратило взгляд на уже бурый от крови квадрат арены. Её дыхание было немного прерывистым. К тому-же она не понимала, как могли есть рядом сидящие аристократы. Дело в том, что перед местами знати располагался длинный стол с разными закусками и кувшинами с водой, и горячительными напитками. Наблюдая за кровавыми игрищами, Мира, как и её служанки, часто закрывала глаза. В тоже время, знать наслаждалась зрелищем, смеясь набитым ртом и кидая кости и огрызки от фруктов на арену. Это было смешно и абсурдно для Миры. Те, кто обзывает северян варварами, ведут себя хуже них.
Рядом с ней находилась её подруга-служанка Ирис. На Ньофинире было принято называть личных служанок при царской семье названиями цветов. Этих девочек учили с детства придворному этикету и правилам разговора. Они должны были сопровождать царевичей и царевен в поездках и разных событиях подобными этому. Но среди этих «цветов» выделялся самый прекрасный. Это была, бесспорно, сама Мира. Смуглая девятнадцатилетняя девушка обладала невероятно большими черными глазами и черными как уголь волосами, которые спадали ниже её плеч. Одетая в оранжевое платье с пояском из золотых бляшек она сидела и ждала, когда на арене появится Войл. Впервые она увидела его десять лет назад, когда в очередной раз убегала от служанок пытающиеся её собрать в поездку в Оссир. Пробегая мимо тренировочный площадки, она увидела, как Мастер Ашур тренирует светловолосого мальчика держать меч. С тех пор она временами пробиралась к площадке и наблюдала за успехами паренька. Когда она узнала, что её телохранителем станет именно он она сильно обрадовалась, но узнав так же об испытание на арене ужаснулась. Вот теперь смотря на гигантскую клетку арены она ждала, когда светловолосый парнишка будет биться на смерть.
– А теперь! Из ледяной пустыни, самый кровожадный хищник тех мест! – Кричал высокий герольд, взмахивая руками и словно управляю воем толпы – Дикарь Войл! Откройте двери!
Войл вспомнив одну из рун Анелии, быстро достал кинжал и вырезал у себя ее на груди. Маленькую и не заметную руну тиур. Двери, как назло, медленно открывались, но Войл вспомнив слова Ашура, уже не думал не о чем кроме боя. Он на секунду закрыл глаза и сделал шаг. Песок был сырой от крови и прилипал к сандалиям, но Войла уже ничего не волновала, он был готов побеждать. Его левая грудь, на которой было руна, стала словно пылать. Символ словно дал веру в полную победу и юный воин, открыв глаза увидел всю арену и был готов сразится хоть с целой армией.
– Первый противник нашего дикаря, опасный дезертир – Объявил герольд и крики со свистов обрушались на Войла. Он медленно осмотрел трибуны и остановил взгляд на царской ложе, где Меферит показательно похлопав для него, показал большой палец вверх.
