Он усмехнулся. Потом стал серьёзным.
— Слушай… Я ведь раньше знал одного из Серых. По молодости, когда ещё нас приглашали к столу. Они — не просто аристократы. Они как… кости Империи. Держат форму. Но внутри — мрак.
— Мне это не в новинку, — ответил я.
— Ты думаешь, можешь им что-то противопоставить?
Я взглянул на него.
— Я не думаю. Я знаю. Потому что я — то, чего они забыли бояться.
Дорога вела нас через холмы и степи. Чем ближе к столичным землям, тем тише становилась природа. Будто всё слушало. И где-то — запоминало.
На второй день нам начали попадаться следы. Не зверей. Людей. Тех, кто не идёт открыто. Варвара заметила первую.
— Здесь кто-то шёл ночью. Один. Но шаг твёрдый, не бродяга. Идёт по следу. Или обходит нас.
— Думаешь — стража?
— Нет. Слишком чисто. Слишком бесшумно. Это выучка. Такая бывает у тех, кто вырос в голубой крови.
Кир сплюнул.
— Я знаю, кто это.
Мы оба посмотрели на него.
— Эмиссары Серых. Тень в форме человека. Их не видно, пока ты не встанешь спиной. Тогда — уже поздно.
Я достал меч. Варвара — нож. Кар — ничего. Только пальцы дрожали.
— Мы не свернём, — сказал я.
— Нет, — согласилась Варвара. — Но ночевать теперь — только по очереди.
Третья ночь. Лес. Тишина давит, будто в горло вросла. Костёр тих, тепло почти не греет. Я сижу у огня, остальные спят. И вдруг — шорох.
Я поднялся. Не резкий — наоборот, как будто кто-то специально хочет, чтобы его услышали. Чтобы позвали.
Я встал. Медленно. Не шумя. Меч в руке. Лес — как зеркало: тёмный, глубоко чужой.
— Иди один, не буди остальных… — прошептала книга в голове.
Я пошёл по зову книги и сердца.
Он стоял под деревом. Плащ чёрный, лицо не видно. Только перстень блестит — герб Серовых. Серый пёс с каплей крови на клыке.
— Пепельный, — сказал он.
— Ты кто такой, дядя?
— Один из тех, кто пришёл раньше, чем ты подумал. Так себе вы выбрали место для ночлега.
Я крепче сжал меч в своих руках.
— Ты хочешь меня остановить?
— Нет, не сейчас…— голос был ровный. — Хочу посмотреть в глаза тому, кто бросил вызов.
Он сделал шаг вперёд. Лицо под капюшоном — молодое, почти красивое. Но мёртвое. Не в смысле убитое. В смысле пустое.
— Ты думаешь, что у тебя есть право вернуть имя? Силу? Империю?
— Я не думаю. Я забираю.
Он улыбнулся. И в этом было столько холода, что даже лес стих.
— Тогда знай: Серые уже смотрят. Они рядом. Они не спят. Они идут.
Я сделал шаг к нему на встречу.
— Тогда пусть идут. Я — не один. Да и если буду один, у меня есть, чем дать им достойный ответ. А ты кто такой? Что тебе от меня нужно?
Он исчез. Просто растворился в тени. Ни звука. Ни следа.
Я стоял ещё долго. Меч в руке. Дыхание рваное. Но внутри было не страшно. А ясно.
Я вернулся к костру. Варвара смотрела на меня, не задавая вопросов. Кир — спал, будто ему снились старые битвы, где он ещё был знатным человеком.
Я лёг. Не спал.
А в голове снова звучала фраза:
«Они не спят. Они идут.»
Я улыбнулся. Ну пусть идут. Они даже не представляют с кем им придётся встретится лицом к лицу.
Ещё долго я не мог уснуть, в голове было много мыслей, кто это был такой? Чего он хотел? Так много вопросов и так мало ответов. Но что я точно знал, так это то, что впереди еще много подобных встреч. Мне нужны будут союзники, если я действительно решил бороться за власть, и чтобы найти достойных, мне нужно было отправится в столицу Российской Империи. Где было много серых и имперской стражи, но другого пути у меня не было. Только вперёд. Только напрямую в логово врага.
Столица встретила нас своими величественными стенами. Город пропах железом и потом от огромного количества проживающих там человек разных сословий. Не тем потом, что после битвы — а тем, что застревает под воротником чиновника, что спит не дома, а в своём кабинете. Пот от страха потерять рабочее место. Пот бессилия от постоянных счетов и нищеты
Мы вошли в столицу без имен. Я натянул капюшон низко. Так, чтобы не видно было ни глаз, ни моего лица в целом. Пусть видят только тень. Тень, вернувшуюся с окраин, с мечом за спиной и книгой, которая шепчет в тишине новые знания.
Кир оглядывался по сторонам, будто каждый второй прохожий мог оказаться убийцей. Варвара просто молчала и шла вперёд. Она никогда не суетится зря.
— Это всё она! — тихо прошептал Кир, кивая на толпу.
— Кто «она»?
— Империя.
Я усмехнулся.
— Это не она. Это её шкура. Настоящая Империя — там, за этими стенами, в закрытых залах и тёмных переулках. Где говорят шёпотом и убивают взглядом.
— Хочешь вернуться туда? В их круг?
— Нет, — ответил я. — Я пришёл забрать своё и только.
Он не спросил — что. И правильно сделал, я бы всё равно не дал бы ему ответа, который его устроил.
Мы двигались через Южный рынок. Больше похоже на арену — люди кричат, торгуются, толкаются, где-то даже дерутся. Эх хотел бы я начистить тут пару модр воинам Серых псов. Один парень продавал «одухотворённый воздух из покоев Императора» в стеклянных банках. Другой — зелья любви, от которых у покупателей начинались галлюцинации и понос прямо на месте. По моему это был просто экстракт из неких грибов, что растут в лесах около столицы.