Он снова повернулся к Валеске и, буквально пригвоздил её взглядом к месту.
— Ну, что ж, красавица, мы теперь просто обязаны с тобой закончить. Знала бы ты, насколько великолепна в ярости — я почти влюбился. Это — комплимент. Не могу позволить себе тебя потерять. Будем работать через силу. С полиреактивными мутагенами не шутят. Держись.
Он быстро шагнул к ней, Валеска рефлекторно пихнула его двумя руками в плечо и в грудь, но промахнулась почему-то. Он перехватил её левой рукой, она попыталась сопротивляться — сама не поняла зачем. Ну, в смысле… вкололи ей что-то, и явно не витаминку. И она об этом знать должна была, но Криста ей ничего не сказала. Что за подстава?! Ой-как на случайность не похоже!
Медик с неожиданной, совершенно не мужской, силой развернул к себе спиной, придавив, как кутёнка. Проворно закрепил на поясе-корсете в районе поясницы обе электронные штуковины, которые держал до этого в правой. И отпустил. Сделал шаг назад. Валеска резко обернулась. И остановилась, сгруппировавшись, пригнув голову и бурно дыша. А он стоял в шаге от неё, как ни в чём не бывало, спокойный как киборг, только в глазах интерес… научный. Что примечательно, остальные четверо вообще с мест не двинулись, так и сидели за своими матричными экранами. Как будто и не подрались тут у них на глазах только что… или для них «это» совсем не драка? В армии даже за такую возню могли начать по судам таскать! Тем более за несанкционированные инъекции. Из серии: «хотела без юристов — держи большую ложку, лопай». С другой стороны, её сюда вызвали… ну не для того же, чтобы усыпить, как бродячую псяку! Уровень медицинского оборудования означенной процедуре не соответствует. Да и название это, заковыристое, «полиреактивный мутаген» — на целевое применение намекает, мало ли там чего, в космосе! Может, действительно — надо! Они его явно не впервые применяют!
Но! Предупредить-то могли?!
Действительно, если бы её не колотило, руки-ноги не дрожали, не «танцевали» сами по себе… Она ж ему бы точно врезала! Или ещё чего похуже. Кошмар… мужчине. Медику! Гражданскому! Позор, стыдоба. Валеска несколько раз глубоко вздохнула, пытаясь угомонить сердце и дыхание. Не получилось. Сознание заволакивал алый туман.
Она собрала «остатки сознания» в кулак. Этого хватило, чтобы понять — если и есть у неё на данный момент союзники, то один из них прямо перед ней и стоит.
— Не надо… Кристу… возвращать — сама справлюсь, — её голос прозвучал глухо, оказалось рот и горло безнадёжно пересохли. В гортани саднило, язык безжалостно шкрябал нёбо.
— Язычок прикуси, — вдруг сказал стоящий перед ней парень.
Валеска поняла, что её забирает… не унятая с трудом ярость даже, а самое натуральное бешенство. С жутковатым сексуальным оттенком. Перед глазами застряла картина, как она его насилует и рвёт зубами одновременно. В кроваво-фиолетовых тонах…
— … прикуси, только не сильно. Воды не дам — нельзя! У тебя в организме достаточно влаги для инициации… Не сильно, Я СКАЗАЛ! — сквозь мутную багровую взвесь перед глазами пробился его голос, — Не вздумай откусить себе язык, кадет! Чуть-чуть… вот так, да… и покусай немного самый кончик. Смотри, покажу, как надо.
И, действительно, показал. Перед глазами запрыгал скользящий между зубами кончик языка. Вперёд-назад. Наружу-внутрь. Вперёд-назад…
Валеска зажмурилась, съёжилась, борясь то ли с трясучкой, то ли с желанием вцепиться откусить такой аппетитный, мелькающий чуть не перед глазами мужской язык… и сделала так же. Стало немного больно, во рту, возле самых губ, неожиданно скопилось-натекло немного слюны. Она смочила язык, нёбо, облизнулась и повторила процедуру. На этот раз влаги хватило сглотнуть. Стало легче. Она даже снова начала его видеть — парня, стоящего перед ней. Хотя комната, и вообще всё вокруг, всё ещё держало красновато-фиолетовый оттенок.
— Всё… нормально… лучше… мне… Не опасайся… я не насилую мужчин. И не бью… если только мысленно, — ей удалось вымучить улыбку.
— Превосходно, — заявил он, несколько невпопад, — Какая сильная девочка, выдержка — как у орбитального буксира. Не удивительно, что Криста её не расколола сразу… Валеска, далее общаемся командами. Я приказываю — ты выполняешь. Молча. Не задумываясь. Так надо. Кадет! Направо! Бегом — марш!
Он снова бесцеремонно затолкал её в агрегат, захлопнул прозрачную панель.
— Давай!
Не забыть бы — этот медик на данный момент её единственный союзник.
Она побежала.
Сначала тяжело. Руки, ноги, всё тело — слушались плохо.
— Быстрее! — команда хлестнула по ушам, возмутила.
Но ей снова удалось заставить себя подчиниться. Почувствовала серию уколов в районе почек. Это что? Ей продолжают препараты вводить? Однако полегчало почти сразу. И тело стало слушаться лучше, и в голове прояснилось.
— Джайна! Мой терминал мне подтолкни!
