— Можно начинать молиться? — съёрничала Джамбина.
— А смысл? — буркнул Лузгин.
Кто здесь не бывал, кто не рисковал
Тот сам себя не испытал.
Пусть даже внизу он звёзды хватал с небес…
Синди открыла глаза.
Ну… ей так показалось.
Темно.
Она, на всякий случай проделала эту процедуру ещё раз. Удостовериться, что не ошиблась. Похлопала ресницами, повращала зрачками… ощущения — есть.
Изображения нет.
Она облизала губы, покусала кончик языка, напрягла-расслабила мимические мышцы. Чувствительность возвращалась достаточно быстро, это радовало. Только не болело ничего.
Это хорошо?… или болеть нечему?
И не посмотришь ведь…
Она несколько раз сжала-разжала пальцы в кулаки. Результата — ноль. То есть не почувствовала ничего. На месте руки, или нет, непонятно, в принципе. И не видно ничего, опять же.
Ладно. Повод для паники, конечно есть. Но паниковать пока рано. Сначала проверим всё, что сможем. И уже по результатам проверки… паниковать будет поздно. Поэтому — нездоровые рефлексы прочь, включаем здоровые. Она попробовала согнуть ноги. Мимо, нет ощущений. Нет, шанс, что она их всё-таки согнула есть. Возможно, чувствительности пока нет. Точно это было неизвестно, но она была уверена, что так бывает. Поэтому с маниакальным упорством продолжала «включать» все группы мышц организма по очереди.
Так.
Что она помнит?
Последнее — они на своём шлюпе с девчонками в космическом бою. Настоящем, космическом бою, чтоб его… страшно хотелось выругаться, но фантазия спасовала. Сейчас-то боя уже точно нет, видимо, кончился. Но. Я ещё жива. Значит — в «шкуре». Это хорошо, «шкура» просто так погибнуть не даст. Вот только вокруг может быть вакуум. Самый простой межпланетный вакуум. Так что — хорошо, что она рук не чувствует. Могла бы попытаться рефлекторно шлем деактивировать. А то! С испуга и не такое бывает. Человек, как выясняется, существо вполне себе космическое. Ага. Только рефлексы пока планетарные.
С этим разобрались. Но делать что-то надо. Главное не запаниковать раньше времени.
В общем… паники не случилось.
Совершенно неожиданно появилась долгожданная белая точка перед глазами, которая развернулась в экран подгрузки приложений для управления скафандром. Родной мой! Ты же просто в эконом режим ушёл, оставив системы жизнеобеспечения на пассивном контроле. Это сколько же я тут провалялась без сознания? Вспомнить бы ещё в честь чего…
Скафандр прогрузился, оттестировался, сделал владелице укольчик… ага! вот и конечности обнаружились!.. и дал изображение на забрало шлема. Так…
Синди осмотрелась.
Рубка. Их привычная рубка, без видимых повреждений, датчик состояния регистрирует минус шестьдесят по Цельсию и какой-то разреженный инертный газ в качестве наполнителя. Уже хорошо. Синди проверила экранчик своего состояния, логи реанимационных процедур… ого! Это, получается, она почти погибла? Круто. Повезло — вовремя согласилась на улучшенную пилотскую «аптечку». Ей ещё показалось, этот медицинский контур скафандра, который они просто «аптечками» называли, параноики разработали. А вот, поди ж ты! Если бы не «медик»… жарили меня, что ли, в мясорубке? Как это возможно? Ладно, с причинами потом разберёмся. Она выпуталась из своего ложемента и чуть не врезалась в потолок. Невесомость, однако. Как же так получилось, что гравы не работают? Плохо всё. Лучше было и вправду погибнуть, чем потерять привод Петрова и остаться непонятно где на заторможенных соленоидах. Будем разбираться.
Чупа ещё молчит! Ни слова, ни полслова. А без неё шанс выбраться на палубу весьма невелик. Она даже до дежурного ремонтного набора во внутреннем рундуке шлюза может не добраться, на это банально не хватит сил. С другой стороны, невесомость в этом случае на руку. Так, стоп рефлексировать. Нужно проверить девчонок.
Синди пальцем оттолкнулась от потолка и подплыла к ложементу Настёны. Попыталась подключиться к медицинскому контуру её скафандра, но встроенный чип от диалога отказался.
Как плохо всё!
В этот момент завозилась Гелика. Она всплыла над ложементом, активировала ЛКС (локальный канал связи). Ведь простенькая же штучка, радио, коротковолновка. Кому-то, помнится, нелепым казалось в «кожу» такой примитив встраивать. «Кожа» же — ого! Вершина биоинженерных технологий… и не только. На ней, пожалуй, вся группа разработчиков «Прайма» распишется, в качестве авторов. А они даже не в «коже», а «шкуре», которую десантники дорабатывали. А «шкура» вообще человека в танк превращает. Точно знаю, тут столько ещё всего-всякого за ради выживания добавлено! Но без обычного радио как выяснилось — никуда. Смешно. Если бы не было так грустно.
— Что с ней? — Геля подплыла к ложементу Настёны.
— Не знаю, — буркнула Синди голосом, каким сообщают о гибели мира, — Медик молчит, фрейм состояния серый.
Такое могло быть только в одном случае. Но очень не хотелось смиряться с фактом, что Настёна…
— Сейчас разберёмся.
