— Ну, вот. Чуть-что, так сразу Лекс.
— Набросай критерии отбора персонала для работы с детьми. Если сможешь сразу, то и тесты прикинь схематично. Отработаем чуть позже, весь состав экспедиции прогоним через них. А то у нас странно получается: о потомстве, о будущих поколениях «кричим» постоянно, а реально процесс формирования нового социума не отработан. До сих пор. Даже теоретически. Только учесть придётся очень важный факт. Уверен — ты его прекрасно осознаёшь, но я, на всякий случай, подчеркну: заниматься детьми должны именно «лучшие»! А не по остаточному принципу из разных групп «отсев» собирать. Ещё раз — лучшие из желающих и способных работать с детьми. Именно это должно являться основным критерием отбора!
— Так это надо не просто детские сады с яслями «закладывать», — очнулся Лузгин, — нужно всю систему образования формировать. С начального до высшего. Причём именно единую, цельную систему. Формирующую человека с первых подгузников до сознательного возраста. И не забыть встроить в эту систему механизм естественного отбора. Это обязательно! А то на Земле, последние лет двести, экзамен завалить невозможно. Да и тесты эти экзаменационные — фикция. Провалил тест — подал на учебное заведение в суд за дискриминацию… лишь бы настырности хватило. Поэтому и развитие науки замерло… наглухо почти. Нам, как вы понимаете, другие качества в людях нужны. Наша задача помочь определиться в жизни каждому человеку и по максимуму развить и использовать его потенциал… без фанатизма, конечно, сами понимаете. Поэтому, как вариант, система воспитания должна напоминать армейскую. Думаю, именно поэтому, Гай решил её формирование на тебя свалить.
— Милитарюги-и, — расплылся в улыбке Лекс.
Яна бросила на него удивлённый взгляд и усмехнулась:
— С языка снял…
— Рус, и мы с тобой этим и займёмся, — сказал Гай, — Пошерстим исторический опыт, прикинем, что ещё нам пригодиться… А вот научников, надо сразу озадачить. Нужны программы обучения от ноля и вверх. От каждого направления. И поменьше всяких «интерактивных шоу-обучалок». Или вообще без них. Тимирязев прав. Пусть больше читают и ручками работают. Напрягают волю, мозги и фантазию — это очень важно. Кстати, под «ручками» я пишущие устройства имею в виду, в том числе. Я потом покажу, у меня где-то результаты исследований «Влияние развития мелкой моторики детей на интеллектуальное и эмоциональное формирование личности». Потрясающие результаты надо признать. А то мне постоянно нестерпимо стыдно за свой общеобразовательный уровень.
— Не только тебе, — буркнула Яна, — Я с Петровым просто разговаривать не могу. И не только с ним. Нет-ну, понятно, нахваталась по верхам всякого-разного, но всё же…
— Да здравствует ручка и тетрадка бумажная. Даёшь реформу образования, — непонятным тоном произнёс Лузгин.
— Кроме смеха, вы себе объём бумажного оборота представляете? — спросил Кирк, — Не говоря о том, что рецепт изготовления бумаги… а-нет, рецепт с собой взяли, уже хорошо. Ух-ты, сколько их! И как во всём этом разбираться?
— Да ладно, Кирк, не переживай. «Бумагу», думаю, свою изобретать придётся. Ну, чтобы не одноразовый утилизируемый недолговечный носитель, но и не интерактивный пятимерный монитор, с функциями облегчённого кодирования информации, в котором только пальцами лениво потыкать. Нечто среднее. Писать детям — надо учиться. Может каллиграфию ввести? И рисование… пусть учатся мыслить и выражать свои мысли образно.
— Ладно. Это хорошо всё, — подытожил Гай, — План наметили, крайнего… то есть исполнителя определили. Время пока есть — будем думать. А сейчас, друзья, поздравляю вас с окончанием выходных суток. Можно начинать работать. Итак, Николь?
— Тоже мне, выходные сутки, — пробубнила Николь, — десять часов. Только и успели, что перепихнуться немножко…
— Эй! Ты чего меня щупаешь! — раздался возмущённый голос Лекса, — Рус, ты ничего не перепутал?
— Нет. Проверяю, на всякий случай, ты жив ещё? Десять часов перепихиваться! Да ты силён, дружище!
— Да будет, Вам, капитан, — отозвалась Николь, — Не нагнетайте.
— Я всего лишь беспокоюсь о здоровье наличного состава, капитан.
— Не беспокойтесь за своего бойца, капитан. Я очень нежная девочка, капитан.
— Вам выдать ещё десять часов выходными? — влез Гай.
— Не стоит! — хором решили все.
— Итак — мы на орбите Сатурна, — начал Гай, — Ситуация в очередной раз отправила все наши, тщательно проработанные планы в «корзину». И нам нужно отработать новые. Начинай ты, Николь. Ты капитан, Вам первое слово, капитан, — не удержался он.
Николь фыркнула. Она развернула свой монитор в куб и вытолкнула на середину пилотажной рубки. В голограмме, во всей красе, сияло изображение системы Сатурна.
— Это для антуража, на ситуацию настроиться, — пояснила она, — Итак: ситуация побаловала сюрпризом. Впрочем, в нашем случае, пора к этому привыкнуть. Удача начинающих, как говорили древние англичане. Единственное, слишком часто на неё полагаться не стоит. Лучше вообще никогда, или только в крайнем случае.
Она окинула взглядом помещение рубки. Её внимательно слушали.
